Целую твой Израиль
23.02.58
23.02.58
Иерусалим
Иерусалим
Любимый мой человек.
Любимый мой человек.
Я живу здесь, как во сне. В доме Пинхаса Розена со мной возятся с утра до вечера. Встречи, беседы, сердечная атмосфера. Встретила Залмана Шазара. Пригласили для встречи со мной евреев из известных семейств Германии. Услышала весьма интересные вещи. Сегодня Пинхас Розен пошел со мной в институт Бека – помочь мне в организации материала. Нашла там старые рукописные документы семнадцатого века. Здесь много материала по теме твоего исследования. В доме министра удивительно приятная атмосфера. Когда я иду спать, то нахожу у своей постели шоколад и молоко. Жена министра Иоанна следит за каждой мелочью, касающейся меня. Женщина она веселая и смешливая. Мы много смеемся с ней.
Я живу здесь, как во сне. В доме Пинхаса Розена со мной возятся с утра до вечера. Встречи, беседы, сердечная атмосфера. Встретила Залмана Шазара. Пригласили для встречи со мной евреев из известных семейств Германии. Услышала весьма интересные вещи. Сегодня Пинхас Розен пошел со мной в институт Бека – помочь мне в организации материала. Нашла там старые рукописные документы семнадцатого века. Здесь много материала по теме твоего исследования. В доме министра удивительно приятная атмосфера. Когда я иду спать, то нахожу у своей постели шоколад и молоко. Жена министра Иоанна следит за каждой мелочью, касающейся меня. Женщина она веселая и смешливая. Мы много смеемся с ней.
Как ты себя чувствуешь? Не работай сверх меры.
Как ты себя чувствуешь? Не работай сверх меры.
С любовью,
С любовью,
ужасно соскучившаяся по тебе твоя жена.
ужасно соскучившаяся по тебе твоя жена.
Чем шире распахивает перед ней двери иерусалимское высшее общество, тем хуже отношение к ней в кибуце. Летом Наоми и Израиль не работают в поле под раскаленными лучами солнца, а осенью не выходят в поле в ливень. Кибуц слишком всерьез относится к девизу Меира Яари: “Главное – руки”. Их обвиняют в паразитическом образе жизни.
“Фу, какой у тебя толстый ребенок, Израиль!” “Как поворачивается у них язык сказать такое отцу про его ребенка?!” – сказал он Наоми, вернувшись домой.