Сара рассказала Наоми, о первой романтической связи дочери с парнем из кибуца Дгания. Она сблизилась с ним только потому, что он без конца говорил о преклонении перед ее героическим братом. Но соединиться с ним она была готова только на вершине Гильбоа. Их любовь трагически завершилась убийством в Иудейской пустыне.

«В течение 1954 года Меир участвовал в атаках на места концентрации иорданских войск, – десятого июля, второго августа, тридцатого августа, второго сентября. Одиннадцатого декабря 1955, Меир командовал силами, которые совершили нападение на укрепление Курси на Голанских высотах. Он мужественно сражался с сирийцами до завершения операции и получил награду за храбрость. Десятого сентября 1956 года Меир Хар-Цион был тяжело ранен в бою. Его оперировал прямо на поле боя доктор Анклович, открыв ему дыхательное горло, и тем спас ему жизнь. Врача также представили к награде за мужество. Меир вынужден был покинуть подразделение 101, и прекратить всякую воинскую деятельность».

Завершив книгу, она попросила генерала Арика Шарона написать несколько слов посвящения.

«Меир командовал многими в десантных операциями. Еще будучи сержантом, он командовал силами, которые ворвались в Шукаву, в бассейны Соломона, в Хеврон. Как командир взвода, а затем роты и полковой разведки, он всегда участвовал в самых тяжелых и опасных операциях, в большинстве своем самостоятельных, требовавших силы духа и несравненного мужества. Одно из главных свойств хорошего командира – его умение выпестовать других командиров. Меир Хар-Цион вырастил плеяду командиров, впитавших его влияние, умение, тактический талант. Многие из них стали высшими офицерами нашей армии в десантных войсках и других родах войск. Многие пали в боях.

Меир – прекрасный тактик. Он был по своему характеру ведущим, руководителем. Его деятельность, к сожалению, продолжалась относительно недолго, но оставила неизгладимую печать на Армии обороны Израиля, на многие годы, если не на поколения».

Готовую рукопись «Фрагментов дневника» они передали молодому издателю Нахману Ариэли.

В Израиль приезжает из Франции писатель и философ Сартр.

«Фаня, Сартру нечего мне сказать. Что можно ожидать от человека, который ставит свое «я» в центр, а все остальное называет «адом», – говорит Шалом.

Израиль не собирается участвовать во встрече с французом. Фаня, жена Гершома Шалома, сердится. Наоми подливает масло в огонь. Ей вовсе не по душе знаменитая формула Сартра «Всё – иллюзия. Человек не свободен – выбирать себе судьбу».

Наоми, все же, хочет сама услышать и увидеть воочию, вблизи, французского экзистенциалиста, слава которого пересекла границы и океаны.