20 апреля производивший следствие о Сухомлинове сенатор Кузьмин арестовал генерала. Сплетни в Петрограде усилились. Значит, все верно, что говорили про измену. Измена, немецкие влияния, передавалось по Петрограду и летело на фронт. Все это сплетни и интриги, отвечали люди, знавшие хорошо Сухомлинова. Не верил в его измену и Алексеев. И опять в расположенных к государю кругах с горечью говорили: как же мог государь допустить во время войны арест бывшего военного министра, своего генерал-адъютанта. Ведь один факт ареста лучше всяких революционных прокламаций развращал народ и солдатскую массу.
А политиканы из общественности во главе с Гучковым ликовали. Через Сухомлинова они били по трону.
23 апреля, в День ангела императрицы, из Сибири вернулся старец. За ним царица посылала в Покровское двух дам, и те привезли его. Он был горд, что его вызвали. Значит, он нужен. Когда Распутину сказали про арест Сухомлинова, он укоризненно покачал головой и промолвил: «Малесенько не ладно. Ма-ле-сень-ко». Простым мужицким здравым умом Распутин верно понял весь абсурд и вред ареста Сухомлинова, чего не понимало правительство. Русский мужик сказал тогда то, что позже высказал один из виднейших английских политических деятелей.
Арест Сухомлинова был нужен и полезен только тем, кто подготовлял тогда государственный переворот.
24 апреля государь выехал в Ставку, в Могилев.
Глава 20
Глава 20