Царица же, начав ухаживать за больными и ранеными, начав обмывать ноги солдатам, утратила в их глазах царственность, снизошла на степень простой «сестрицы», а то и просто госпитальной прислужницы. Все опростилось, снизилось, а при клевете и опошлилось. Это была большая ошибка. Русский царь должен был оставаться таким, как Пушкин изобразил его в своем послании к императору Николаю I. Императрице же «больше шла горностаевая мантия, чем платье сестры милосердия», — что не раз высказывала царице умная госпожа Лохтина…

Но их величества, забывая жестокую реальность, желали жить по-евангельски.

Глава 30

Глава 30

23 февраля 1917 года, четверг, начало Февральской революции. — Уличные беспорядки и их причина. — Женский день. — Лозунги, данные большевиками: «Долой войну!» и «Надо хлеба!». — Непонимание властями истинного характера беспорядков. — В Царскосельском дворце. — День 24 февраля, пятница. Беспорядки усиливаются. — Явно революционный характер уличных волнений. — Переход власти в руки военных. — Демонстрации на Невском проспекте. — Действия полиции и войск. — Странное поведение казаков. — Слух, что «казаки за народ». — Совет министров. — Отсутствие министра внутренних дел. — Веселый обед у Н. Ф. Бурдукова и Протопопов. — Предсказание гипнотизера Моргенштерна. — Положение в Царскосельском дворце. — Заболевание царских детей усиливается. — Царица и ее взгляд на происходящие события

23 февраля[149] считается у социалистов «женским днем». Вот почему с утра того дня, в четверг, работницы-текстильщицы Выборгского района, желая ознаменовать свой день, объявили забастовку. Их делегатки рассеялись по фабрикам и заводам, прося поддержки. Выборгский большевистский комитет, по требованию женщин, санкционировал забастовку. Были выброшены лозунги: «Долой войну!» и «Дайте хлеба!».