(Тимурленг в данном своем повествовании не вдается в детали о собственном жестокосердии, не описывает в подробностях массовые казни людей, о том как их жгли заживо, сдирали с них кожу. Безжалостный поступок Картара в отношении его сына Саъада Ваккаса был следствием безжалостного отношения самого Тимурленга к местному населению. И хотя Тимурленг здесь не описывает кровопролитий, устроенных им самим, тем не менее, по некоторым его замечаниям можно понять, что он сам достаточно жестокий человек — Марсель Брион).

Крепость Джумба, в отличии от крепостей Мират и Луни, расположенных на вершинах холмов, находилась посреди долины. Джумба на хинди означает «змея». При строительстве Джумбы обнаружили, что местность та изобилует змеями, поневоле возведение той крепости затянулось на несколько лет, пока змеи не покинули то место и стало возможным заложить его фундамент. О закладке фундамента крепости также ходили слухи, что для его устройства рыли землю так глубоко, пока не прошли два водоносных слоя. Поскольку в тех местах первый слой воды располагался на глубине двадцати заръов, а второй — на глубине сорока-пятидесяти, то на основании тех слухов можно было заключить, что высота фундамента той крепости составляет пятьдесят заръов.

Поскольку людям свойственно преувеличивать и слухи зачастую бывают далеки от действительности, я догадывался, что такие сведения о фундаменте неверны, на словах легко рыть ров глубиной в пятьдесят заръов, не говоря о том, что делать такое нет необходимости, роют обычно на глубину, достаточную для устройства фундамента.

Поэтому я шел, не придавая значения вышеупомянутым слухам, пока не дошел до той крепости. Достигнув ее, я обнаружил нечто более удивительное, чем слухи о высоте ее фундамента, а именно то, что все защитники той крепости были женщины. Мне такое казалось невероятным и я был уверен, что воины находятся в той крепости вместе со своими женами и детьми, живущими там постоянно, однако после первого же дня стоянки у ее стен, я установил, что действительно, в том укреплении находятся одни лишь женщины. Они собрались на гребне стены возле одной из башен, перекликались с теми, что находились на другой, иногда слышался женский визг. Ни одного мужчины не было видно между ними, у женщин в руках не было видно копий или сабель. Поскольку я не допускал и мысли, что они могут быть невооруженны, то подумал, что они просто не сочли нужным захватить с собой оружие выходя на гребень стены. Крепость была опоясана рвом, в котором не было воды, однако имелся относительно отвесный вал и мои конники не могли пройти тот ров, чтобы попасть на противоположную сторону, мост через него был разрушен.