Известный арабский историк Ибн ал-Кутыйа (ум. 977), потомок внучки вестготского короля Андалусии Витицы, упоминает в своей увлекательной «Истории завоевания Андалусии» о нескольких мифических, можно сказать, происшествиях, связанных с тем временем. В Толедо, рассказывает он, был замок, а в нем — дворец, где хранился древний ларец с четырьмя Евангелиями. Так повелось, а почему, не помнил уже никто, но вестготы, правившие Андалусией, никогда не отворяли двери Запретного замка. Имя усопшего андалусского правителя высекали на мемориальной стене-стеле замка. Вскрыл двери дворца и извлек из него ларец с четырьмя Евангелиями король Родерик. Там же обнаружил он и «стол Соломона», за которым, как сказывают легенды, Сулайман ибн Дауд (царь Соломон) «усмирял злых духов», а также «обменивался загадками и делился мудростью» с легендарной Билкис, царицей Савской. На дверях комнаты, где находился «стол Соломонов» и четыре Евангелия в ларце, оказалось 24 запора. Взломав их и отворив двери, сообщают арабские историки Ибн Кутайба и Ибн Кутыйа, вошедшие узрели на стенах таинственной комнаты той изображение всадников, «похожих на арабов», в чалмах, вооруженных луками и копьями. А посреди комнаты, на «столе Соломона», — древний пергамент с письменами. Говорилось в них о том, что человек, осмелившийся отворить двери дворца, — падет от рук ратников, изображенных на стенах «покоев ларца». Что явятся они в Андалусию и захватят Толедо. Действительно, в том же году, когда Родерик «проник во дворец Запретного замка, мавры вторглись в Андалусию» (июнь 711 г.). «Предначертания судьбы изменить нельзя», — поучают в наши дни своих сыновей арабы Аравии, пересказывая им эту историю. И добавляют: «Знамениям судьбы надлежит внимать».
После смерти ал-Валида I власть в Халифате наследовал его брат, Сулайман ибн ‘Абд ал-Малик ибн Марван (правил 715–717). Будучи, по отзывам историков, человеком жестоким и злопамятным, он подчеркнуто неприветливо принял двух прибывших в Дамаск прославленных военачальников, вызванных в столицу Халифата еще ал-Валидом I, — Тарика ибн Зийада и Мусу ибн Мусайра, покорителей Испании. Опасаясь этих авторитетных в войсках мусульман полководцев, он предал их опале. И окончили они дни свои, проживая в Дамаске, в нищете, бедности и безвестности (23).
Поставив мечеть в Гибралтаре, король Фахд, со слов его хронистов, отдал дань блистательным арабским воинам прошлого, о которых читал в юности и ратными делами которых искренне восхищался.