С другой стороны, я ощущал себя последним болваном. Я содрогался, представляя, как мысленно потешалась надо мной царственная Линда Шварцер, кокетничая со свирепым гангстером Гансвурстом, подозревая, что перед ней агент из зарубежных спецслужб. Она поджидала только удобного случая, чтобы подлить ему (то есть мне) в коньяк какого-то мерзкого зелья. Что ж, всегда приятно осознавать, что ты внес хоть какое-то разнообразие в чью-то унылую и безрадостную жизнь. Я уже порядком наигрался в эти игры, чтобы огорчаться из-за того, что я выставил себя в нелепом свете.

Я посмотрелся в зеркало и поморщился. Из Зазеркалья на меня смотрел совершенно отпетый уголовник, который не остановился бы ни перед чем. Может, это и неплохо, поскольку только такой тип и мог рассчитывать на то, чтобы доиграть до конца предложенный спектакль и выбраться живым из этой передряги.

А ведь в целом мою работу можно было бы назвать успешной. Ведь цель моя заключалась в том, чтобы оказаться у них в логове. И что, разве я ее не выполнил? Контакт установлен, колесики завертелись. Поезд снова катил по нескончаемым рельсам после непродолжительной остановки. С превеликими усилиями мне все-таки удалось внедриться в неприятельские ряды. Более того, я оказался центральной фигурой в мизансцене грандиозного спектакля под названием «жизнь».

Конечно, все это не входило ни в какие концепции, планы и проекты, а было чистой импровизацией, что по канонам нашего ведомства не приветствуется. Именно поэтому мне повезло гораздо меньше: я оказался пленником, а не палочкой-выручалочкой. И все же в дальних закоулках своей бездонной и твердокаменной души я почувствовал, что доволен достигнутым. Режиссура удалась на славу: противник раскрылся и обязательно выложит мне козырные карты.

Я еще раз полюбовался на свою помятую физиономию в зеркале.

Некоторое время спустя в дверь постучали, и кто-то спросил:

– Проснулся?

– Спасибо, да.

Дверь приоткрылась, и незнакомый мужчина осторожно вошел в комнату. Увидев, что я лежу с завязанными руками, – из такого положения напасть практически невозможно, – он полностью распахнул дверь, окинул меня подозрительным взглядом и холодно произнес:

– Фрау Линда велела, чтобы ты побрился и переоделся во что-нибудь приличное. Хватит, говорит, разыгрывать из себя дешевого гангстера и болвана – вот тебе спортивная форма и кроссовки, переоденься. – И он кинул в мою сторону спортивную сумку.

– А это? – Я указал на связанные руки.

– Сейчас, – сказал он, вытащив нож и виртуозно освободив меня от пут. – Только без глупостей, все под контролем – включены камеры внутреннего и внешнего наблюдения. Вдобавок охрана и прочее.