Иногда я смотрю и слушаю на эстраде исполнителя сатирических фельетонов или куплетов и чувствую, что он исполняет хорошо, но что это уже все, чего можно ожидать от него, это его потолок: выучил (может быть, и сам написал) и читает… Большего от него не жди… А вот когда вы слушали Сокольского, вы чувствовали: это не просто хороший артист, который хорошо читает фельетон (чего бы, кажется, еще?); нет, вы чувствовали, что он умеет горячо спорить, отстаивать свое мнение, что он любит все в искусстве — и живопись, и скульптуру, и поэзию, и прозу. И что не просто любит, а знает все это, знает не понаслышке, не только в пропорции, необходимой для фельетона.

И действительно, Сокольский любил не только живопись и литературу, скульптуру и поэзию, он любил книгу. Любил давно и страстно. Любил не только ее содержание, но и ее историю, ее переплет, ее шрифт, ее издателя, ее опечатки… Он мог не любить ее автора, но он знал его почерк, его стиль, его подлинные мысли. А когда человек что-либо очень хорошо знает и очень любит, ему непременно нужно рассказать другим о своем знании и своей любви.

И Сокольский не мог не начать писать о книге, не мог не стать писателем! Не только формально (принят в Союз писателей СССР), но и по существу: он стал писать уже не репертуар для своих выступлений, а статьи, исследования, книги…

Лично я был очень рад этому «становлению», потому что книги Смирнова-Сокольского читаю с удовольствием, но… Я все-таки как-то спросил Николая Павловича:

— А фельетоны?

— Если удастся, — ответил он, — написать что-нибудь интересное, буду читать; не напишется — не буду. Хотя, — прибавил он со своей лукавой улыбкой, — я ведь уже имею право на пенсию…

— Что ж, — ответил я ему, — фельетоны — вещь преходящая, а книги, они навсегда…

Бывало, многие из его зрителей, уходя с концерта, говорили: «Слыхали, оказывается, этот фельетонист Смирнов-Сокольский еще и книги пишет?! Здорово!» А может быть, через много лет какой-нибудь книголюб, прочитав его «Книгу о книгах», удивленно скажет: «Слыхали, оказывается, этот писатель Смирнов-Сокольский еще и конферировал и фельетоны читал на эстраде!.. Здорово!»

Многогранное дарование Николая Павловича Смирнова-Сокольского, его ум, его неумение делать что-либо наполовину, его бурный темперамент, его нетерпимость не только окружили его друзьями и единомышленниками, но и породили много врагов. Но и те и другие теперь, когда его нет среди нас, осознали, какую огромную роль сыграл Смирнов-Сокольский в становлении советской эстрады и в создании вокруг нее атмосферы дружелюбия и уважения.