Бой у переправы оканчивается неожиданно: красные спешат на Ургу, Унгерн поворачивается и вторгается в пределы России, перейдя границу у станции Цежей, причем первое серьезное сопротивление встречает лишь у поселка Ново-Дмитриевского, вблизи реки Ирой. 7-й батальон особого назначения красных (черные каски) разбит и потерял два пулемета. Перейдя границу во второй раз, Унгерн резко меняет тактику: отряду приказано как можно мягче относиться к жителям и пленным. Всех участников похода в Россию поражал тот факт, что красноармейцы дерутся до последнего выстрела. Спрошенный пленный разъяснил, что никто из красноармейцев не сомневался в немедленной смерти после взятия в плен: «Слишком хорошо известен барон».
Во взятом Ново-Дмитриевском Унгерн оставляет 15 человек раненых пленных под наблюдением пленного же фельдшера, снабжает их медикаментами и провиантом.
Пройдя с юга к Гусинскому озеру, белые неожиданно атакуют красных, расположенных вблизи Гусиноозерского дацана. Красные даже не успели воспользоваться заранее приготовленными окопами на господствующих сопках. (3-й батальон 232-го пехотного полка, усмирявшего крестьянские волнения в Тобольской губернии, 1 эскадрон отряда особого назначения, 2 трехдюймовых орудия, пулеметы.) Мало кто ушел из красных. Белые всадники рубят и загоняют в воду неприятельскую кавалерию. Из 300 человек, взятых в плен, свыше 70 раненых оставляют под наблюдением пленного же врача на Гусином озере, 108 человек отпущены на все четыре стороны, остальные, по выбору самого Унгерна, пополнили его отряд. Впоследствии два взятых орудия довезены до Хайлара.
Не задерживаясь в Гусиноозерском дацане, спустившись (обойдя озеро с юга), белые идут на Селенгинск и ночуют в 17 верстах от него. 3-й полк есаула Инькова входит в Селенгинск (на левом берегу), причем красные (2-й батальон 232-го полка при 4 орудиях) спешно переправляются на правый берег.
Неожиданно Унгерн приказывает отрядам вновь идти к Гусиному озеру, огибая его к северу, вновь проходит вблизи Гусиноозерского дацана и останавливается недалеко от поселка Ново-Дмитриевского, где происходит однодневный упорный бой. На тракт в сторону Мысовой высылается заслон – 6 сотен под командой есаула Забиякина. Интересно отметить, что за время отсутствия белых (2–3 дня) лазарет из Гусиноозерского и Новодмитриевского, а равно и все пленные «сматываются» неизвестно куда. Неприятельский аэроплан обстреливал на Гусином озере свой лазарет.
Бой под Ново-Дмитриевском, успешный сначала для белых (всадники гонят и рубят бегущую красную пехоту), вскоре, благодаря подошедшим красным броневым автомобилям, с которыми не могут справиться белые артиллеристы, кончается вничью. В этот бой красные вводят дивизию пехоты и около шести конных полков. Ночью тропами, по которым ездят только верхом для сбора кедровых орехов, под проливным дождем отходят белые отряды. Связь не доходит до есаула Забиякина, который получает неожиданное извещение о том, что белые отряды в панике отступают «не совсем обычным путем», Забиякину попадает в руки посланный с донесением от 35 дивизии в штаб отряда партизана Щетинкина красный оренбургский казак. Забиякин уходит дебрями по реке Темник, успешно отбиваясь от наседающего неприятеля, и присоединяется к отряду, который отходит, огрызаясь, подобно затравленному волку.