Дело произошло в пади Джиргалантуй в 70 верстах от Муйрен-куреня и в 50 – от Ягин-гола.

Отойдя назад 6 верст, части бригады, опасаясь преследования со стороны уцелевшего Унгерна и монгол, выбросили в арьегард для прикрытия по 1 сотне с 2 пулеметами, занявших позиции на сопке по обеим сторонам дороги, а сами, построившись в резервную колонну четырехугольником стали дожидаться рассвета, чтобы продолжить путь.

Каково же было удивление некоторых и ужас большинства, когда через 1 час, не более, в хвосте колонны послышались гневные приказания (Унгерна. – Б.С.) командиру артиллерийского дивизиона о возвращении дивизиона обратно. Как выяснилось, прикрывающие сотни пропустили его мимо себя без выстрела и дали беспрепятственно догнать бригаду. Командир монгольского дивизиона, хорунжий М., увидя прибежавшего туда и взволнованного Унгерна, не зная, в чем дело, и только догадываясь о перевороте, решил избавиться от нежелательного гостя следующим образом. Он объяснил Унгерну, что в него стреляла маленькая группа, вероятно, состоявшая из находившихся в рядах пленных красноармейцев; бригада же, полагая, очевидно, что произошло возмущение в монгольском дивизионе, снялась с бивака и заняла позиции.

Унгерн поверил этому, столь приятному для него объяснению ухода частей, и только поэтому он столь смело и дерзко явился среди возмутившихся рядов.

Пора бросить кричать и толковать о безумной храбрости Унгерна и его дерзкой отваге. Мы видели неоднократно, когда он бежал вовсе не позади своей дивизии, а впереди ее, весьма впереди (во время отступления).

Сподвижник Унгерна, его Малюта Скуратов, – хорунжий Бурдуковский вместе с вахмистром Банакиным уже валялись зарубленными и обезглавленными на одной из сопок, когда появился Унгерн. На первый вопрос его: где Бурдуковский? – капитан М., принимавший участие в убийстве палача, не задумываясь, ответил:

– Отправился к начальнику штаба, ваше превосходительство.

– Где начальник штаба?

– Не могу знать, ваше превосходительство.

Такие же ответы получил Унгерн на вопрос, – где командир 4-го полка, где полковник Е-цкий. Это была правда: и тот, и другой, в сопровождении некоторых заговорщиков, услышав голос Унгерна и опасаясь, что ему удастся повернуть части назад, и их ждет жестокая казнь, – скрылись, взяв направление на Селенгу, к 1-й бригаде. Командир 4-го полка М. благополучно впоследствии присоединился к бригаде, а полковник Е-цкий, тот, кто первый дерзнул стрелять в изверга и негодяя, в маленького Атиллу наших дней, – тот пропал без вести, и ничего неизвестно об его участи.