7 июня 1916 года Николай Гумилёв пишет великолепное стихотворное посвящение императрице. И в нём снова причудливо переплетаются патриотически-монархические мотивы и удивительное гумилёвское предвидение о трудном часе, который предстоит государыне, хотя всю скорбь этого часа поэт вряд ли мог себе представить.

Однако поступление в Николаевскую академию сорвалось. Гумилёв не сдал все экзамены, поглощенный страстным романом с Ларисой Рейснер, в будущем женой командира большевистского балтийского флота троцкиста Ф. Раскольникова, участницей гражданской войны и красного террора. После расставания с Ахматовой Гумилёв вел исключительно бурную жизнь, заводя по несколько романов одновременно, но, пожалуй, именно роман с будущей «красной» фурией, из-за которого Гумилёв не исполнил поручения императрицы, был наиболее зловещим, как бы предзнаменованием будущей судьбы не только поэта, но и всей страны.

В феврале 1917 года Гумилёв становится свидетелем падения монархии. Он не принимает нового режима и старается убраться от него подальше. В мае 1917 года он по поручению Генерального штаба того, что осталось от русской армии, направился через Великобританию и Францию в Грецию, в Салоники, где планировалась высадка крупного русского десанта, перед которым стояла задача добить Австро-Венгрию.

В Великобритании Гумилёв знакомится с Гилбертом Кийтом Честертоном, таким же, как он сам, защитником традиции и ортодоксии, и производит на него сильное впечатление своей буйной фантазией. «Он был аристократ, помещик, офицер царской гвардии, полностью преданный старому режиму», — отмечал потом Честертон, но всё-таки Гумилёв показался здравомыслящему англичанину безумцем, верящим в утопию намного смелее, чем коммунисты: он предлагал, чтобы миром правили поэты.

Во Франции Гумилёв задержался на много месяцев — русская армия разваливалась, ни о каком десанте уже не могла идти речь, и его оставили при военной миссии в Париже, где вспыхнул его роман с «Синей Звездой» Еленой Дю Буше, которая после расстрела поэта соберет и издаст его многочисленные стихи, обращенные к ней, — без этого поступка о них так бы никто и не узнал. Ещё Гумилев слышит первые залпы начавшейся гражданской войны в России. Как член русской военной миссии он участвует в подавлении большевистского мятежа в русском корпусе во Франции в лагере Ля Куртин в сентябре 1917 года. Но побежденные во Франции большевики тем временем захватывают власть в России.

И Гумилёв принимает парадоксальное решение. Он возвращается из Франции через Мурманск в большевистскую Россию, где конфискован его дом в Царском Селе и разграблена усадьба в Слепневе.