– Ты чего, мужик?! Они же все в Колумбии без права выезда, их никто не принимает!

Таксист не поверил мне с первого слова и продолжал изучать меня в зеркало заднего вида, пока я не бросил на него строгий взгляд и не сказал, что еду в торговый центр «Альто-Палермо». Купив билеты, я вернулся в квартиру с чувством, что меня преследует весь мир, и высказал матери с Андреа все, что думал: что они были безумно наивными, а я сам – еще глупее, потому что послушался их совета. Короче говоря, я прочитал им знатную нотацию.

В отличие от Мапуту, где нам предложили лишь курсы при городском морге, в Буэнос-Айресе у нас были миллионы возможностей для получения образования. В первые два месяца после прибытия мы прошли несколько компьютерных курсов. Андреа поступила на отделение рекламы в Университете Бельграно и закончила его с отличием. Я же в марте поступил на программу в сфере промышленного дизайна в техникумах ОРТ, и тоже закончил ее неплохо – со средним баллом 8,8 из 10 возможных. Мне очень нравилась моя учеба, я буквально посвятил ей всего себя. Оценив это, мои профессора даже предложили мне подработать ассистентом на дипломных проектах и курсе компьютерного дизайна. Мануэла училась в средней школе, а мать гуляла по городу, собирая и просматривая брошюры домов и комплексов на этапе строительства, – в этой области она была особенно хороша.

В Буэнос-Айресе мы жили на съемных квартирах и, чтобы нас никто не выследил, каждые два года меняли адреса и телефонные номера. И, конечно же, нам приходилось очень внимательно относиться к кругу общения, чтобы никто нас не раскрыл.

В начале 1997 года Аргентина предоставила нам временный вид на жительство, а для получения постоянного мать подала заявление в качестве инвестора капитала. Для этого ей пришлось нанять бухгалтера, и так в нашей жизни появился Хуан Карлос Сакариас Лобос.

После того, как мы в качестве инвестиции купили участок земли близ Пуэрто-Мадеро, мы начали подозревать, что Сакариасу доверять не стоило: упорно казалось, что он назвал нам завышенную цену, чтобы забрать часть денег себе. Неожиданное предложение от компании Shell спасло его репутацию в наших глазах, когда за эту землю предложили вдвое больше, чем мы за нее заплатили. Сделка так и не состоялась, но сама эта ситуация заставила нас снова совершить ошибку и довериться ему.

В том же 1998 году я начал работать в области 3D-дизайна и трехмерной компьютерной графики, сменивших карандашные наброски и чертежи; это стало моим вкладом в компанию IQ. Зарплата – первая в моей жизни – составляла тысячу долларов в месяц. В прошлом я запросто мог оставить такие чаевые в ресторане, теперь же эта сумма покрывала месячную арендную плату и коммунальные услуги.