Тут тоже все замечательно. Эмблемой издательства Ефимовы выбрали изображение парусного корабля со шпиля Адмиралтейства. Знаково и точно. Свою высококультурную работу издатель намерился начать с банального книжного пиратства. Мило, что Ефимов называет Аверинцева «нашим автором», сводя проблему к вопросу о безопасности обнесенного философа.

Также забавно, как мемуарист объясняет техническую подготовку к началу работы издательства:

Адреса главных магазинов русской книги были собраны мною еще в Вене, адреса главных американских библиотек мы без труда нашли в специальных справочниках. Наш каталог представлял собой просто рекламную листовку, без труда влезавшую в стандартный конверт, поэтому рассылка нескольких сотен экземпляров обошлась не очень дорого. И какое это было счастье – получить в конце апреля первые заказы.

Адреса главных магазинов русской книги были собраны мною еще в Вене, адреса главных американских библиотек мы без труда нашли в специальных справочниках. Наш каталог представлял собой просто рекламную листовку, без труда влезавшую в стандартный конверт, поэтому рассылка нескольких сотен экземпляров обошлась не очень дорого. И какое это было счастье – получить в конце апреля первые заказы.

Предположу, что на практике все получилось еще легче, если учесть место работы главы нового издательства. Кроме того, Ефимов мог спокойно отобрать для будущих публикаций отвергнутые «Ардисом» рукописи. И вот конференция началась:

Между тем в Лос-Анджелесе открылась конференция русских писателей в эмиграции. Профферы уехали на нее, «забыв» объяснить мне, куда они едут.

Между тем в Лос-Анджелесе открылась конференция русских писателей в эмиграции. Профферы уехали на нее, «забыв» объяснить мне, куда они едут.

Непонятно, почему Профферы должны отчитываться о своих поездках наемному работнику? Коварный Карл после возвращения посетил подвалы и два часа развлекал Ефимова веселыми историями, передавал приветы от участников конференции. Стиснув зубы, «Игорь из подвала» внимал речам начальника. Он тоже приготовил для Профферов сюрприз. Уезжая в свой домашний подвал, он подбросил на стол Карла письмо, в котором находился каталог «Эрмитажа» и послание от четы Ефимовых:

5.16.81. Привет вам, Карл и Эллендея! Хотите верьте – хотите нет, но мы, начиная эту затею с собственной фирмой, действительно не предполагали, что жизнь так быстро станет подталкивать нас в сторону превращения в издательство. Но что было делать? Люди не хотели давать нам заказы, если мы не брали на себя и всю остальную работу по выпуску книги и дальнейшему ее распространению. Значит, пришлось разворачивать и печатание, и рекламно-торговую часть, и все остальное. Мы очень надеемся, что вы нас не проклянете за это, не рассердитесь, не назовете «змеей, пригретой на груди». Ведь никакой серьезной конкуренции мы вам не составляем. Все лучшие рукописи, как и прежде, будут поступать сначала к вам – и благодаря авторитету «Ардиса», и благодаря тому, что вы можете финансировать их издание. Карл много раз выражал даже удовольствие, когда видел вещь, отвергнутую «Ардисом», напечатанной в другом месте. Он даже высказывал убеждение, что почти все русские книги – убыточны. Я с этим не согласен, думаю, что небольшой доход с них можно получать (достаточный для наших запросов), но, конечно, он несравним с тем, что приносят «Ардису» английские издания в твердых обложках. Какой бы ни была ваша реакция (презрительной, возмущенной или снисходительно-одобрительной, как к неопытным щенкам), хотелось бы, чтобы она была выражена прямо, не растворена в тягостном затяжном молчании. Какой бы ни была ваша реакция, мы никогда не забудем, что именно благодаря вам мы были избавлены от тягостной неопределенности даже в первые месяцы эмигрантского пути, что это вы поддерживали нас и направляли наши первые шаги в Америке, что это у вас научились мы книгоизготовительному ремеслу. Всего вам успешного, доброго и процветающего, Игорь, Марина.