От трудовой.

Но так как ехать не на что, то обыкновенно дань моде ограничивается одними вопросами:

— Вы куда едете?

— Да, собственно говоря, еще не решила.

— Мы тоже в этом году что-то застряли.

Понимайте, что в прошлом году катали по всем пляжам.

Тяжело жить на свете человеку с самолюбием.

Одна очаровательная дама съездила на недельку отдохнуть «в прелестной загородной вилле у знакомых».

— Очень интересное общество. Франко-русское, — щебетала она, потрясая букетом из свежего лопуха.

Потом франко-русское общество оказалось русской кухаркой, вышедшей замуж за французского судомоя. А загородная вилла была действительно за городом, но оказалась не столько виллой, сколько просто деревенским домишком, куда хозяева брали на пансион по 20 франков с персоны, но ставили условием, чтобы персона сама качала для себя воду из колодца.

Да, тяжело с самолюбием.

Вот в этот самый период парижской весны, в период тяги в шато и франко-русские виллы, две милые подружки, Елена Николаевна и Ольга Ипполитовна, посмотрели друг на друга и увидели. Елена Николаевна увидела, что у Ольги Ипполитовны кожа вокруг рта стала охряно-желтая, а под глазами появились печеночные подпалины, как у деревенских собак. А Ольга Ипполитовна увидела, что и глаза и рот у Елены Николаевны оползли вниз, как у снежной бабы на весеннем солнце. От этих опущенных углов лицо Елены Николаевны приняло ироническое выражение, что совершенно не соответствовало ни ее характеру, ни темам их разговоров.

Под влиянием ли этого зрелища или в силу надоевших весенних вопросов «вы куда же едете?», но мысль о поездке мелькнула в головах подружек почти одновременно.

— Леличка! — сказала Ольга Ипполитовна. — По-моему, тебе следовало бы отдохнуть. У тебя очень утомленный вид.

— Странно, — отвечала Леличка, — я себя отлично чувствую. Если кому действительно необходимо отдохнуть, так это тебе, а не мне.

— Нет, голубчик, именно тебе нужен отдых.

— Но почему же?

Ольга Ипполитовна ответила глазами:

— Потому что у тебя лицо стало, как у старой собаки.

Полностью этой фразы Леличка, конечно, не поняла, но кое-что ухватила. Вынула зеркальце и попудрила нос: