Перевод Курочкина из Беранже прочитаешь...— В «Библиотеке для чтения» были опубликованы следующие переводы В. С. Курочкина из Беранже: «Весна и осень» и «Падающие звезды» (1855, № 12), «Старушка» (1856, № 1), «Как яблочко румян» (1856, № 3), «Третий муж» (1856, № 6), «Барышни» (1856, № 7), «Тоска по родине» (1856, № 8), «Умеренность» (1856, № 9). Интерес к переводам Курочкина из Беранже Шевченко сохранил и позднее (см, письмо от 21 января 1858 г. М. М. Лазаревскому). Стихотворение Беранже «Навуходоносор» Шевченко списал в дневниковую тетрадь; списал также стихотворение Курочкина «На смерть Беранже».
Перевод Курочкина из Беранже прочитаешь...—
2 и юл я
Некто г. Афанасьев или Чужбинский — Александр Степанович Афанасьев (1817—1877)—русско-украинский беллетрист и этнограф, выступавший в печати под псевдонимом А. Чужбинский. Дневниковые записи Шевченко дают совершенно точное представление о нем. После смерти Т. Шевченко выступил с воспоминаниями о нем (А. Чужбинский, Воспоминания о Т. Г. Шевченко, СПб. 1861), содержавшими ряд небезинтересных биографических подробностей.
Некто г. Афанасьев или Чужбинский —
Прошлой зимой в фельетоне «Русского инвалида»...— повидимому, приветственные стихи Афанасьева герою севастопольской обороны Э. И. Тотлебену, напечатанные в «С.-Петербургских ведомостях», 1856, № 2; в «Русском инвалиде» стихи Афанасьева не появлялись. На полях рукописи «Дневника» М. М. Лазаревский в данном месте сделал ироническую приписку: «Замечательно, что «Основа» засчитала три стихотворения А. Чужбинского за Шевченко».
Прошлой зимой в фельетоне «Русского инвалида»...—
Но встретиться с тобою не желаю.— Небезинтересно сопоставить с этим замечанием позднейший рассказ А. Афанасьева о встрече с поэтом в Петербурге после возвращения Шевченко из ссылки: «Войдя в мастерскую Т. Г. в Академии, я застал его за работой: он гравировал. На вопрос мой, узнает ли он меня, Шевченко отвечал отрицательно, но сказал, что по голосу, кажется, не ошибся и назвал меня по имени. Я бросился было обнять его, но он заметил по-русски: «Не подходите — здесь вредные кислоты. Садитесь». Минута эта была для меня чрезвычайно тягостная... Мы поговорили немного. Он был холоден и хоть несколько раз припоминал прошедшее, однако не так, как ожидалось мне от этого свидания» (А. Чужбинский, Воспоминания о Т. Г. Шевченко, СПб. 1861, с. 36).
Но встретиться с тобою не желаю.—
Искорени друзей, подобных Афанасьеву, Бархвицу и Апрелеву...— С подпоручиком Бархвицем Шевченко несколько сблизился зимою 1848 г. и даже одолжил ему более шестидесяти рублей. Денег этих Бархвиц не возвратил и, после того, как поэт был вынужден обратиться с жалобой на него по начальству, отперся от своего долга и даже просил «поступить с рядовым Шевченкою по всей строгости законов за ложное предъявление претензии» («Киевская старина», 1891, № 2, сс. 334—335). Апрелев — офицер-кавалергард, то есть действительно принадлежавший к наиболее привилегированной части офицерства. Личность упоминаемого далее «земляка» поэта «некоего Соколовского» не установлена.