А торпедовский тандем накручивал нечто своё. Причём получалось у них — несмотря ни на что! Ибо новизна не всегда содержится в формате: смелость (коль с умом) тоже города берёт. Если о музыке, то они были джазовые музыканты в том футболе. Просто не всегда оркестр Леонида Утёсова им подыгрывал, условно выражаясь.

Одним словом, Эдуард непосредственно гнул свою линию, абсолютно не задумываясь об этом и не обращая внимания на чью-либо реакцию. Он попросту творил — или индивидуально, или на пару «с Кузьмой». Хотя в сборной (если вспомнить о хет-трике со шведами) появился и новый партнёр — Борис Татушин. И вроде бы забивает, и выигрываем, и слава по всей Европе — но не устраивает начальство. Слишком любит его та самая публика. И за что, в самом деле? Ведь «аполитично, слушай», получается: ни почтения к грозному противнику, ни какого-нибудь обычного паса на нужное место. По устоявшемуся стрельцовскому мнению, там, куда он пасовал, уже был Иванов. И наоборот. Конечно, остальной футбольный народ обижался.

О тех статьях-фельетонах С. Нариньяни и И. Шатуновского с Н. Фомичевым немало уже сказано. Неплохо бы задуматься: насколько те публикации управляли реакцией обычных людей, тех, кто непосредственно заполнял трибуны, — особенно за воротами?

Прямо скажу: не качнулся политический маятник. Не случилось никаких баррикад и митингов. Верили прессе? А как же иначе? В конце концов, не все же попадали на стадион. Более того: кто-то туда и вовсе не стремился.

При этом статья в «Комсомольской правде» — и сегодня звучит веско и убедительно. Тогда же граждане, футбол недолюбливавшие, рассуждали конкретно: журналист, уж конечно, изучил подноготную этого самого Стрельцова. Который пьёт и гуляет, счёта деньгам не знает. Мы вот в его годы о личном транспорте и не думали. И вообще: персональный лимузин кому положен? Верно, кому надо. А не молокососу. Подумаешь, пару раз по мячику ударил...

Это ещё телевизор тогда не врос в жизнь. Коли бы, как сегодня, каждая семья имела возможность уходить в голубоэкранный мир, — вообще бы втоптали Эдуарда в грязь.

Посему недооценивать воздействие публикаций в популярной молодёжной газете мы не имеем права.

И всё же «аршином общим измерить», однозначно понять советский народ нельзя. Люди, неизбежно бывавшие на матчах, видели: парень не просто неповторимо одарён — он растёт и развивается. Что и подтвердится через те горькие, солёные семь лет, когда публика увидит «нового Эдика». Хотя медленное, не заметное быстрому глазу развитие шло всегда. Для кого-то простой, Стрельцов непринуждённо учился у многих и, прежде всего, у самого себя. Это самосовершенствованием называется. И болельщик такую вещь видел. Его не обманешь. Он же сверху смотрит.