Зато у каждого из них по олимпийской медали. Конечно же, стрельцовская — хоть и горькая — подлинно золотая. У Черенкова в Москве всё получилось по-домашнему, попроще. Да и завершилось «бронзой». А всё равно — Олимпиады!

Я же, подводя итог этому небольшому сравнительному анализу, подчеркну: много кого наши болельщики любили и любят. Но «памятник в душе», как завещал Н. В. Гоголь, воздвигнут, на мой взгляд, лишь им двоим. Стрельцову с Черенковым.

* * *

Ветры перестройки изменили отношение к Стрельцову. В принципе, и оценка Черенкова — из второй половины 80-х. Как и знаменитое высказывание об Игоре Беланове, которого признали в 1986 году лучшим футболистом Европы — как прежде Яшина и Блохина. Когда Эдуарда Анатольевича попросили оценить триумфатора, он изрёк: «Видите ли, я ничего не понимаю в лёгкой атлетике...»

Для нового поколения: киевлянин (а ранее одессит) и вправду обладал высочайшей скоростью. А кроме этого, и ударом отменным, и голевым чутьём. «Золотой мяч» всё-таки вручают сильнейшему на континенте, а это не шутка. Ко всему прочему, Игорь сделал блистательный хет-трик в одной восьмой финала мирового первенства 86-го, пусть СССР и уступил Бельгии 3:4. Да и без тех достижений — отличный был нападающий. Нам бы сейчас в сборную хоть одного такого.

А вот поди ж ты... Не для Стрельцова это футболист. Потому как Эдуард Анатольевич ценил не скорость бега, но скорость мысли. И для него Михаил Гершкович, например, — другое дело, хотя тот также мог обогнать любого, да и бил здорово.

Я бы здесь обратил внимание на то, что отклик Стрельцова как-то очень быстро «ушёл в народ». А всё оттого, что в изменившемся времени его стали больше слушать. Прислушиваться к нему. Потому и прошлое заиграло иными красками. Или, проще сказать: правда стала пробиваться вверх, как травка весной. Асфальт же, сквозь который ростки тянутся, на определённое время куда-то делся.

Тогда-то, напомню, и появились знаковые публикации об истории с минчанином Артёмовым, когда Эдуард заступался за Валентина Иванова. Опубликованные материалы вызвали шок — как и многое в те причудливые, незабываемые годы.

Казалось бы, и развиваться, и работать Эдуарду Анатольевичу. Он же в 80-е и Высшую школу тренеров окончил после Института физкультуры. Конечно, тренировать команду мастеров Стрельцов и сам бы не стал, — однако почему бы не консультировать кого-то из начинающих, например? А он, напротив, поехал в 87-м играть в составе сборной ветеранов в Чернобыль. «Для людей», — как исчерпывающе объяснил будучи смертельно больным.