С точки зрения оценки Ф. Робертсом намерений СССР в различных регионах мира представляет интерес его телеграмма от 28 апреля 1946 г. Исходя из публичных заявлений советских руководителей, он приходит к выводу, что они считали решенной проблему безопасности на западной и восточной границе СССР и видели наибольшую опасность для себя на юге. Это предполагало сохранение давления на Персию и Турцию, а также усиление антибританской кампании в арабском мире. Однако вероятность прямого столкновения с СССР на Среднем Востоке Ф. Робертс оценивал, как незначительную и «чем ближе мы будем держаться к Советскому Союзу и дальше от Суэцкого канала, тем лучше. К счастью, пока мы сможем полагаться на американскую поддержку, проблемы между нами и русскими вероятно останутся испытанием на стойкость, но без угрозы открытых конфликтов»[1138]. В связи с этим любопытно упоминание Ф. Робертсом публичной лекции Е. Тарле, которого он называл «ухо Сталина».

Анализируя это выступление британский дипломат пришел к выводу, что советское руководство видело реальную угрозу своей безопасности из-за ситуации в Иране: «как бы нелепо это ни казалось для нас, сам я полагаю, что русские с их секьюритифобией, действительно так считают» [1139].

Следующий ряд важных сообщений Ф. Робертса относится ко второй половине 1946 г. В начале июля к нему обратился К. Уорнер с просьбой прокомментировать сведения, дошедшие до него от некого члена лейбористской партии, уверявшего, что он хорошо знает образ мышления видных «моско-витских» коммунистов вроде Г. Димитрова. Суть этих слухов сводилась к тому, что «русские приняли как неизбежное будущую войну между СССР и США, и они готовы вступить в нее даже несмотря на возможность поражения, поскольку уверены, что даже в этом случае война против капитализма послужит делу мирового коммунизма»[1140]. Ответ Ф. Робертса отличается весьма реалистичной оценкой вероятных действий советской стороны. Вполне соглашаясь с тем, что руководители СССР верят в неизбежность столкновения в будущем коммунизма и капитализма, любые предположения о начале русскими войны, в которой они допускают возможность поражения, Ф. Робертс называл «ерундой» и утверждал, что «правители этой страны сейчас думают о себе прежде всего, как о русских, а русские традиционно не желали начинать большие войны». Реальной угроза войны может стать только в том случае, если Кремль просчитается в оценке решимости США и Великобритании отстаивать те или иные свои интересы в какой-либо части света[1141].

В конце августа – начале сентября Ф. Робертс направил целую серию интересных сообщений в Лондон, наиболее важным из которых является донесение Э. Бевину от 4 сентября.