В отличие от Сталина, югославский лидер знал, что немцы не станут долго тянуть с нападением на Советский Союз. Был учрежден военный комитет, целью которого было создание подпольных объединенных югославских вооруженных групп во всех оккупированных районах. По мнению руководства подпольщиков, им было безопаснее находиться в Белграде, чем в Загребе, где часть населения была отравлена соблазном независимости и где Павелич уже опередил немцев, начав преследования, пытки и аресты цыган, евреев и сербов. Что касается сербов, то их перспективы выглядели следующим образом: треть из них предстояло истребить, треть депортировать, а оставшихся принудительно обратить в католичество.

Даже немцам было немного не по себе от того, как хорваты обращались с сербами. Впоследствии на Нюрнбергском процессе эта политика истребления была признана геноцидом. Сербы говорят о 750 тысячах убитых, немецкие оценки – 350 тысяч. Павелич был готов сохранить жизнь боснякам, если те признают, что родились хорватами, а также в тех случаях, когда банды мусульман соглашались убивать сербов. Ради выживания многие шли на это. Другие записывались в немецкие вспомогательные подразделения.

Два движения Сопротивления на Балканах, которые произвели впечатление на союзников, руководились коммунистическими партиями Греции и Югославии соответственно. Во втором случае большинство наблюдателей британского Управления специальных операций, или спецпосланники, такие как Фицрой Маклин, откомандированные для оценки возможностей Тито, были впечатлены хорватскими коммунистами и пришли в ужас от тех, кто им противостоял. Во главе хорватских националистов – усташей – стояли люди, которые были откровенными фашистами и открыто и с удовольствием сотрудничали с Гитлером, формируя вспомогательные вооруженные подразделения для борьбы с многонациональной армией Тито. В Сербии четники не были открытыми коллаборационистами, но их враждебность по отношению к Тито не уступала той, которую испытывали усташи. Ни один из находившихся в Югославии британских агентов в здравом уме не посоветовал бы ничего другого, кроме как обеспечивать войска Тито оружием и припасами. Сын Черчилля Рэндольф был десантирован в страну с парашютом, и он также был впечатлен возглавляемым коммунистами Сопротивлением. Единственным несогласным оказался писатель Ивлин Во, который давно невзлюбил Тито, – скорее иррациональный предрассудок (в чем он уже был замечен), чем философская оценка.

Участникам Сопротивления, которые вели оборонительные бои на горных вершинах и в ущельях Черногории, были свойственны твердая дисциплина и догматизм. Вермахт, с которым они сражались, проявил такую же жестокость к южным славянам, как и к славянам Советского Союза. Его союзники-усташи, спешившие продемонстрировать свое полное принятие фашистских ценностей, были еще хуже. Тито, бесспорный лидер югославского Сопротивления, и его товарищи по руководству представляли разные национальности. Хорват Тито, словенец Кардель, черногорец Джилас, серб Ранкович. В политическом плане Сопротивление делало основной упор на единство зарождавшегося в горах югославского государства. Косовары и тогда, и после войны так и не были полностью интегрированы.