После того как его не пригласили в Каир, Ибн Сауд[186] постепенно начал терять терпение. В 1924 г. он предпринял неспровоцированную атаку на шарифа Хуссейна и Хашимитов и разгромил их. Хуссейн был насильно изгнан из страны и умер в эмиграции семь лет спустя. Теперь Саудиты, пользуясь поддержкой англичан, стали новыми хранителями священных городов в стране, которая получит название «Саудовская Аравия». Один из многих парадоксов ислама состоит в том, что чокнутые сектанты, сторонники буквального толкования Корана, которые считали врагами всех мусульман, не согласных с их учением (в то время около 99 процентов всей исламской уммы), отныне получили контроль над священными городами – символами единства мусульман.

«Больше я никогда не стану заниматься выбором королей, нагрузочка – сил моих нет», – позднее будет похваляться Гертруда Белл. Имперское тщеславие взяло над нею верх. Решение о вручении каждому из сыновей Хуссейна по трону на самом деле было принято Черчиллем. Не было сделано ни единой попытки посоветоваться с группами или отдельными личностями, которые могли бы выступить против всего этого и при этом стояли бы ближе к местному населению. Регион, который теперь назывался «Ирак», взорвался.

Вожди курдов поначалу встречали англичан с распростертыми объятиями, но вскоре поняли, что в Уайтхолле нет ни малейшего сочувствия к идее независимого курдского государства – позднее то же самое повторится в эпоху глобального доминирования США{185}. Свое отчуждение они продемонстрировали в 1919–1920 гг., подняв восстание в Сулеймании[187], которое было подавлено с помощью наземных войск, авиации, горчичного газа и обещаний предоставить автономию, которые так никогда и не реализовались. По сути, ради повышения налогов ВВС расстреливали крестьян, включая женщин и детей, из пулеметов.

Неудивительно, что антибританские настроения распространились на другие части страны. Руководитель Гертруды Белл, сэр Перси Кокс, в 1914 г. обещал жителям Басры, что англичане пришли «как освободители, а не как захватчики». Большинство людей, независимо от своей религиозной принадлежности, считали англичан самозванцами, и после введения в стране монархии начался бурный рост численности тайных антиколониальных обществ, как суннитских, так и шиитских.

Восстание продлилось больше шести месяцев. В этот период вооруженные группы совершали нападения на тюрьмы, освобождали своих лидеров, а затем шли уничтожать мосты и железнодорожные пути, чтобы задержать прибытие британских подкреплений. Как в суннитских, так и в шиитских городах британские офицеры сдавались в плен. Британский губернатор бежал из Наджафа, что в данных обстоятельствах было мудрым поступком. Шиитские религиозные деятели призывали к священной войне против неверных оккупантов. Британская армия потеряла 2 тысячи человек. Сопротивление как минимум в четыре раза больше. Строки, написанные популярным поэтом-патриотом Мухаммадом аль-Убайди, повторялись везде, где собирались люди, – в общественных местах или у себя дома: