Уже в 1891 г. пионер сионизма Ашер Гинцберг, приехав в Иерусалим в то время, когда евреям как частным лицам принадлежало менее 1 процента земли, сообщал, что «по всей стране трудно найти поле, которое не было бы засеяно. Лишь песчаные дюны и каменистые горы, на которых нельзя выращивать ничего, кроме фруктовых деревьев – и даже это только после тяжелого труда и больших затрат на расчистку и мелиорацию, – лишь эти пространства не возделываются»{186}.

Гинцберг красочно описывал расизм поселенцев и дальновидно предсказал его вероятные последствия:

К арабам они относятся с враждебностью и жестокостью, бессовестно лишая их прав, беспричинно оскорбляя их и даже похваляясь такими поступками, и никто не выступает против этой подлой и опасной привычки. Мы за границей привыкли верить, что почти весь Эрец-Исраэль[189] сейчас представляет собой незаселенную пустыню и всякий желающий может купить там земли сколько и где захочет. Но это неправда. В стране очень трудно найти возделанные поля, которые не используются для посадок… Арабы, как и все семиты, обладают острым умом и проницательностью… Пока они не считают наши действия представляющими для них угрозу в будущем… Но, если со временем жизнь нашего народа в Эрец-Исраэль достигнет той точки развития, когда мы начнем занимать их место – понемногу или же в массовом порядке, – коренные жители так легко не отступят.

К арабам они относятся с враждебностью и жестокостью, бессовестно лишая их прав, беспричинно оскорбляя их и даже похваляясь такими поступками, и никто не выступает против этой подлой и опасной привычки.

Мы за границей привыкли верить, что почти весь Эрец-Исраэль[189] сейчас представляет собой незаселенную пустыню и всякий желающий может купить там земли сколько и где захочет. Но это неправда. В стране очень трудно найти возделанные поля, которые не используются для посадок… Арабы, как и все семиты, обладают острым умом и проницательностью… Пока они не считают наши действия представляющими для них угрозу в будущем… Но, если со временем жизнь нашего народа в Эрец-Исраэль достигнет той точки развития, когда мы начнем занимать их место – понемногу или же в массовом порядке, – коренные жители так легко не отступят.

Сравним это с дневниковой записью Теодора Герцля четыре года спустя (12 июня 1895 г.), где он фантазирует о том, как будет создаваться будущее сионистское государство: «Нам потребуется побудить оставшееся без гроша население к переезду через границу, обеспечив для него занятость в транзитных странах и в то же время отказывая ему в трудоустройстве в нашей собственной стране. Как экспроприацию, так и процесс избавления от бедных нужно проводить осторожно и осмотрительно»{187}.