Неприятие этой сделки объединило Иран. В авангарде грядущих националистических волнений шли поэты. Ареф обратился к Восугу публично, в стихах, которые начинались гневной строкой «Ты, чей дом распахнул свои двери для блуда». Другой поэт выразился так: «О, Восуг од-Довла, Иран – это не поместье твоего папочки…» Фаррохи Йезди выбрал своей мишенью другого члена трио предателей:

В Лондоне тоже сложа руки не сидели. Черчилль, будучи военным министром, в данном случае был против авантюр Керзона и совместно с министерством по делам Индии потребовал прекратить дальнейшие действия. Даже когда в каспийском порту Энзели появилась военная флотилия под командованием старого большевика Раскольникова и потребовала возвращения стоявших там на якоре российских судов, Черчилль настаивал на том, что никакого сопротивления оказывать не следует. И Черчилль, и лорд Хардинг, вице-король Индии, были крайне обеспокоены тем, что любая крупная неудача англичан в Иране может повлечь за собой серьезные последствия в Индии. Хардинг ясно дал понять, что на помощь Керзону не будут отправлены никакие индийские войска.

За несколько недель до официального объявления о заключении договора советский комиссар иностранных дел Георгий Чичерин заявил, что Советский Союз в одностороннем порядке списывает все долги Ирана перед Россией и отказывается от всех российских привилегий и концессий. Эта позиция осталась неизменной.

Соединенные Штаты, руководствуясь своими причинами, были недовольны договором 1919 г., и, хотя Керзон настаивал на том, что согласовал этот вопрос с Вудро Вильсоном через его начальника штаба, Государственный департамент сделал заявление, опровергающее Керзона, после чего тот изобразил обиду, сказав, что не настроен на продолжение «полемики по вопросу, по которому правительство США постаралось занять максимально неприятную позицию». Французы также были недовольны, а в Le Figaro издевательски заметили, что «карликовый шах продал свою родину за сантим».

Стало очевидно, что договор невозможно реализовать. Весь Иран был настроен против него, и три крупные державы – Соединенные Штаты, Франция и Советский Союз – в силу разных причин отказались признать его условия. Британский истеблишмент и сам был расколот, а проявленная Керзоном в ряде важных тактических вопросов бескомпромиссность окончательно похоронила все дело.

Ничуть не смутившись, Керзон с приятелями организовали путч, для чего привлекли созданный англичанами казачий полк под командованием генерала Айронсайда, который вручил бразды правления одному амбициозному сержанту, недавно повышенному до офицерского звания[197]. Это был Реза-хан, который тут же назначил гражданского премьер-министра и, хорошо зная настроения в стране, объявил договор 1919 г. недействительным. Путч прошел бескровно, но он же стал причиной возникновения движения, которое в конце концов привело к Конституционной революции. Многие либеральные интеллектуалы в Иране, как и примкнувшие к ним более радикальные элементы, вдохновлявшиеся Русской революцией, а также некоторые клерикальные лидеры были сторонниками республиканской формы правления, избранного парламента и демократической конституции. Верховенство закона стало центральным требованием, а движение провозгласило своей целью борьбу «против любой формы государственного произвола».