Покончив с этим делом, англичане перешли к войне в Малайзии. Являвшиеся туда с визитом члены парламента от лейбористов, включая Джона Стрейчи, позировали для фотокамер на фоне аккуратно выложенных перед ними на земле отрубленных голов борцов за свободу Малайзии – по большей части китайцев. Колониальный послужной список лейбористов был чудовищен – первое доказательство того, что они являются ответственной партией. Реформы в самой Великобритании не распространялись на колонии. Африканские страны оставались под железной пятой.
На всеобщих выборах 1951 г. победили консерваторы, притом что количество поданных за лейбористов голосов было больше. Как Дональд Трамп шестьдесят пять лет спустя, Черчилль не смог завоевать симпатии большинства избирателей. Он выглядел сущей развалиной, когда вновь вступил на Даунинг-стрит, – точная копия империи, с которой он так не хотел расставаться. Великобритания была банкротом, и ни о каком перевооружении не могло быть и речи. Преемник Трумэна генерал Эйзенхауэр хорошо знал Черчилля и не скрывал своего мнения, что к руководству следовало допустить кого-то помоложе. Многие депутаты-консерваторы соглашались с этим, но Иден был слишком слаб, чтобы взять в руки кинжал, а Букингемский дворец не изъявлял никакого желания поддержать внутренний переворот. Черчилль оказался предоставлен самому себе и даже пару раз всхлипнул в палате общин:
Поистине, трагично выглядят мощь, величие, владычество и сила некогда блистательной и все еще сохраняющей свое значение Британской империи в то время, когда нам приходится беспокоиться и задумываться о том, как оплатить наши ежемесячные счета. Я полностью признаю, что меня мучает эта мысль, а также те сцены, которые я наблюдаю вокруг себя, и я сделаю все, что в моих силах (выкрики «В отставку, в отставку!»), чтобы внушить народу и стране ощущение опасности и мысль о необходимости приложить отчаянные и самоотверженные усилия{196}.
Поистине, трагично выглядят мощь, величие, владычество и сила некогда блистательной и все еще сохраняющей свое значение Британской империи в то время, когда нам приходится беспокоиться и задумываться о том, как оплатить наши ежемесячные счета. Я полностью признаю, что меня мучает эта мысль, а также те сцены, которые я наблюдаю вокруг себя, и я сделаю все, что в моих силах (выкрики «В отставку, в отставку!»), чтобы внушить народу и стране ощущение опасности и мысль о необходимости приложить отчаянные и самоотверженные усилия{196}.
Это было пустым краснобайством. Национальные движения были на подъеме. Коррумпированные и бессмысленные монархи, которых так любил Черчилль, оказались под серьезной угрозой в Египте, Ираке и Иране. Британские колонии в Африке бурлили под поверхностью, а в англо-американской прессе начинали появляться такие имена, как Кениата, Нкрума, Мбойя, Мандела, Ньерере, Насер и бен Белла. Победа революции в Китае (1949), поражение французов при Дьенбьенфу (1954), независимость Индии (1947) – все это оказывало огромное влияние на освободительные движения, возникавшие по всей Африке.