12 октября большевики создали при Петроградском Совете «военно-революционный комитет». Формально он был призван защищать «столицу революции» от германского вторжения, но в действительности стал штабом по подготовке вооруженного восстания против правительства.

Выполняя указания Ленина, большевики во всех своих публичных заявлениях с негодованием отрицали факт этой подготовки, но в письме с инструкциями, отправленном из Финляндии, Ленин писал: «Только дети неспособны понять, что, готовясь к вооруженному восстанию, мы должны приписать своим противникам не только ответственность за него, но и инициативу в его проведении».

Троцкий, дословно выполнивший эту директиву, в своих сочинениях нагло утверждает, что солдаты, рабочие и матросы Петрограда, разрушая русскую демократию, были уверены, что на самом деле они защищают ее от надвигавшейся «корниловской» контрреволюции.

Впоследствии Ленин прибегал к аналогичному двуличию, готовясь к сепаратному миру, разгоняя Учредительное собрание, ликвидируя все гражданские и политические свободы и ведя безжалостную войну против крестьянства.

Играя на подлинно патриотических чувствах, Ленин, Троцкий и иже с ними цинично заявляли, что «прокапиталистическое» Временное правительство во главе с Керенским собирается предать родину и революцию, свободу и честь своей страны, намереваясь продать все это немцам. Следовательно, согласно их логике, все борцы за «почетный, демократический мир для всех народов» должны свергнуть сторонников позорного сепаратного мира, чтобы «демократическая революционная Россия» могла заключить мир с народами враждебного лагеря через головы «империалистических правительств».

На рабочих митингах они пользовались уже иным, в чем-то более откровенным языком. Здесь они говорили о «диктатуре пролетариата». Только подобная диктатура, утверждали они, может защитить достижения революции и завоеванную свободу. Пролетариат – твердый и несгибаемый защитник мира, и он требует свержения правительства Керенского с целью установить свою диктатуру в интересах самой революции; это единственное средство, благодаря которому крестьяне, рабочие и солдаты могут добиться демократического мира, обладания землей и полной свободы.

Многие рабочие верили в это и были готовы уничтожить свободу и распять революцию во имя надвигающейся тоталитарной диктатуры, в уверенности, что выполняют «освободительную миссию пролетариата».

Иные иностранцы могут думать, что Ленин своей чудовищной ложью мог обмануть лишь политически незрелых, невежественных русских солдат, матросов и рабочих. Ничего подобного! Существует некая высшая степень лжи, которая одной своей грандиозностью странным образом способна заворожить любых людей, вне зависимости от их интеллектуального уровня. Есть психологический закон, согласно которому самой наглой лжи охотнее всего верят. Именно на этой человеческой слабости Ленин строил свою стратегию по захвату власти.