Обоз наш был большой – раненых около 180 человек, войсковой атаман, полковник Филимонов с семьей, Кубанское войсковое правительство и беженцы. Все это двигалось на подводах. Генерал Покровский имел маленький автомобиль и, зная, что я ранен, предоставил его для меня и других. В этом автомобиле поместились только прапорщик Павлуша Слитков и я. Шофером был вольноопределяющийся Семенцов, сын директора 2-й мужской гимназии. Не помню, сколько верст мы важно проехали в автомобиле, как вдруг наш знаменитый автомобиль остановился – нет бензина, и снабдиться нигде нельзя. Положение неприятное. Обоз проходит в спешном порядке, а мы ни на одну подводу не можем устроиться, так как все перегружены. На наше счастье, едва ли не последняя подвода остановилась. Оказалась двуколка со снарядными ящиками. Нас подобрали.

В то время уже имелись сведения, что с Дона идет армия генерала Корнилова на соединение с нами. Делались попытки наладить связь с генералом Корниловым посредством радио, но не увенчались успехом. Как выяснилось позже, генерал Корнилов уже дошел до станицы Кореновской, примерно в 40–50 верстах от Екатеринодара, и, узнав, что мы город оставили, повернув налево, пошел по нашим следам.

В течение нескольких дней после выхода из Екатеринодара у нас велись бои с красными. Под станцией Калужской завязался неравный бой – противник во много раз превышал нас численностью. Настал момент, когда раненые, кто мог держать винтовку, пошли в цепь. Мы же, которые не могли двигаться, считали, что нам пришел конец. Мой брат Сергей подъехал ко мне верхом и сказал, чтобы я в последнюю минуту, не сдаваясь, застрелился, а если я не буду в состоянии этого сделать, то он меня пристрелит.

Был яркий, солнечный день. Наша малочисленная кавалерия, обнажив шашки, бросилась в атаку (было отчетливо видно, как на солнце сверкала сталь), но, не выдержав огня противника, повернула назад. И вот, в самый решающий момент, когда уже не было никакой надежды, мы увидели конный отряд в корниловской форме. Думая, что подошла вся армия Корнилова, мы закричали: «Ура, да здравствует Корнилов!» Это услышали и большевики, тоже решив, что генерал Корнилов подошел со всем отрядом, и, повернув обратно, отошли к станице Ново-Дмитриевской. Выручил нас разъезд связи из корниловской армии, и мы заняли станицу Калужскую.

(Этот эпизод был рассказан ученикам школы Джона Боско в Сан-Габриел, в Калифорнии, преподавателем истории. На мою просьбу объясниться, откуда у него эти сведения, он сказал, что брат одного из его бывших студентов (в университете, где он раньше преподавал) был участником этого боя на стороне большевиков. – А. М.)