Мы беседовали далее о многих крупных событиях, заполнивших последние три года, о лицах, игравших в них роль, сами того не желая, иногда и не подозревая, из чего Аксаков вывел заключение, “что премудрость божия в глупости совершается”. Он спросил меня, записываю ли я свои воспоминания, имея возможность видеть так много разнообразных людей и вещей. Я ответила ему, что не делаю этого потому, что, поддаваясь слишком сильно впечатлению данной минуты, вообще слишком страстная, я, перечитывая написанное через две недели, сама себе кажусь смешной. Он советовал мне преодолеть это чувство, потому что через двадцать лет эта эпоха, все значение которой мы в настоящее время не можем оценить, будет представлять огромный интерес и все воспоминания, относящиеся к ней, будут драгоценны. Я обещала ему исполнить это, но не знаю, насколько сдержу свое слово».

В апреле 1865 г. в Ницце от туберкулеза умер старший сын Александра II Николай Александрович. Ему исполнилось только двадцать один год, разумеется, это большое горе для семьи. Но невзгоды на этом не кончились. На Александра объявили охоту террористы-радикалы, недовольные тем, что реформы идут слишком медленно и остаются половинчатыми. В частности, их возмутило то, что крестьян отпускали без земельных наделов, достаточных для того, чтобы прокормить семью, и им приходилось либо выкупать недостающую землю у помещиков, либо отрабатывать ее в качестве временнообязанных.

На императора было совершено два покушения. 4 апреля 1866 г. на прогулке в Летнем саду в него стрелял Дмитрий Каракозов. Рассказывали, что император, оставшийся невредимым, сразу же захотел увидеть нападавшего и, когда Каракозова подвели к нему, тот сказал, объясняя свой поступок: «Ваше Величество, вы обидели крестьян». На следствии оказалось, что покушавшийся член террористической организации, придумавшей себе весьма мелодраматическое название «Ад» (возможно, это была аббревиатура, означавшая «активные действия»). Во второй раз в императора стреляли 25 мая 1867 г., когда он прогуливался в Булонском лесу с императором Наполеоном III. По легенде, после покушения Наполеон сказал Александру: «Если это был итальянец — значит, покушались на меня, если поляк — на вас». Стрелок оказался поляком — Антоном Березовским, который заявил на следствии: «Я сознаюсь, что выстрелил сегодня в императора во время его возвращения со смотра, две недели тому назад у меня родилась мысль цареубийства, впрочем, вернее, я питал эту мысль с тех пор, как начал себя сознавать, имея в виду освобождение родины».