Их удивляло, что я не жаловался на свою участь. На обедах, как только слышали, что я «бежал» из России «от этих ужасных bolsheviks», они немедленно принимались мне объяснять, почему в России произошла революция. «Это нужно было ожидать, что ваши крепостные возмутятся против помещиков, как это случилось во Французскую революцию», «Это не удивительно, что «moujiks» (мужики), когда их повсюду хлестали кнутами, восстали и убивали помещиков».

Когда пробовал объяснить, что в этом случае «крепостных» не было, что земли были крестьянские, помещикам не принадлежали (это они никак не могли понять, потому что в Англии почти вся земля принадлежит помещикам или компаниям, а фермеры только арендаторы), что во время революции из всех сословий помещики пострадали меньше всех, – они мне не верили.

И так я скоро понял, что объяснить революцию англичанам, которые никогда не жили в России, невозможно.

Я прожил в Англии очень долгую жизнь, не загасившую, однако, ясной памяти о детстве и юности моих в России. Эту память я раскрываю теперь перед соотечественниками.

Е. Оношкович-Яцына[304] СВОДНО-ГВАРДЕЙСКИЙ КАВАЛЕРИЙСКИЙ ПОЛК В ПЕРИОД 10 ДЕКАБРЯ 1919 – 15 МАРТА 1920 ГОДА

Е. Оношкович-Яцына[304]

СВОДНО-ГВАРДЕЙСКИЙ КАВАЛЕРИЙСКИЙ ПОЛК В ПЕРИОД 10 ДЕКАБРЯ 1919 – 15 МАРТА 1920 ГОДА

ДОНЕЦКИЙ БАССЕЙН—КУБАНЬ—НОВОРОССИЙСК[305]

Отход от Харькова был поворотным пунктом в судьбе Добровольческой армии. Поняв значение конницы в условиях маневренной войны, большевики создали свою 1-ю Конную армию под командой Буденного, перед напором которой растянутый фронт Добровольческой пехоты был прорван и неудержимо покатился к югу.

10 декабря в Павлограде произошло соединение боевых частей гвардейской конницы с запасными частями, благодаря чему части пополнились, обмундировались и выделили эскадрон усиленного состава.

Согласно полученным инструкциям Главного командования, конная группа, в которую входили гвардейские части, должна была фланговым маршем идти на соединение с частями армии, собиравшимися под Ростовом, тогда как запасные части отходили в Крым.

Кирасиры Его Величества[306], укомплектовав свой лейб-эскадрон, выделили в боевую часть под командой генерал-майора Данилова эскадрон в 110 шашек с двумя пулеметами Максима на тачанках и двумя «люисами», на вьюках, под командой ротмистра П. фон Вака[307], его помощника ротмистра Е. Оношкович-Яцыны с младшими офицерами поручиком В. Розеншильд-Паулином и корнетом Н. Максимовым. Пулеметной командой командовал штабс-капитан князь Сидамон-Эристов[308], прикомандированный к полку.