Исследование показало, что среднее содержание витаминов в суточном рационе далеко не достаточно в сравнении с установленной потребностью в них человека. В сутки оно должно составлять: витамин А – 1,5 мг (овощи, сливочное масло, мясные продукты); витамин В1 (черный и белый хлеб, мясные продукты, молоко, овощи, бобовые, каши); витамин С (овощи, цитрусовые); витамин РР (никотиновая кислота, которая крайне необходима для борьбы с пеллагрой).
Обследование хлеба разных заводов Ленинграда в 1942 г. на содержание витамина В1 показало: в черном хлебе – 0,045–0,052 мг (в 100 г) и в белом – 0,1 мг в 100 г. Пониженное содержание В1 в черном хлебе против литературных данных (0,16–0,2 мг) объясняется добавлением примесей. В 1942 г. было организовано производство в ампулах растворов витаминов С, В и никотиновой кислоты, а также поливитаминных препаратов С и В1, В1к, РР и С, В1 и PP. В том году средняя месячная выработка этих препаратов составила 15 тыс. ампул. В 1943 г. это число увеличилось в 3,4 раза, составив 51 447 ампул в месяц[982]. Были разработаны и другие формы препаратов, как, например, казеино-дрожжевые брикеты, хвойные пасты, жидкие дрожжи и др.
Ленинградские ученые, анализируя составные компоненты питания горожан, пришли к выводу, что в нем недостаточно костной муки, которая содержит необходимые для человеческого организма соли кальция, фосфора и др. Ленинградский горком партии обязал мясокомбинат им. Кирова немедленно организовать ее производство, а трест хлебопечения – начать примешивать эту муку в нужных дозах при выпечке хлеба[983].
В одном из самых тяжелых месяцев блокады – декабре 1941 года – оставшиеся в живых и продолжавшие обучение преподаватели Электротехнического института им. В. И. Ульянова-Ленина провели в бомбоубежище первого корпуса собрание актива. Его вели председатель профкома коммунист А. Малютин и секретарь институтского комитета ВЛКСМ А. Брауде. Здесь обсуждались вопросы продолжения учебы в условиях блокады и организация помощи ослабевшим товарищам. Было решено занятия и экзамены проводить в помещении «грелки» (бывшем методическом кабинете), где стояла «буржуйка», столы и стулья.
Для решения вопроса о сохранении жизни истощенных людей – больных дистрофией – избрали комиссию по организации работы столовой, решили создать институтский стационар и организовать душ.
Собственными силами, буквально еле-еле передвигавшие ноги 40 комсомольцев – столько их осталось в институте – восстановили душевые кабины с дровяными колонками, заготовили топливо; комиссия по работе столовой помогла правильно распределить немногие блокадные «деликатесные» продукты питания, которые дирекция доставала через райисполком и райком: жмых, дуранду, желатин, столярный клей, дрожжи и соевые отходы – шроты. При помощи районных организаций был создан маленький стационар, которому некоторые студенты и преподаватели обязаны своей жизнью.