«…мы хвастались, что составляем Рационалистический Университет, в высшей степени враждебный Мистицизму; и поэтому молодой, еще ничем не занятый ум был снабжаем бесконечной болтовней о Прогрессе нашего Рода, о Темных Веках, о Суевериях и т. д., так что всех довольно скоро раздували до способности строить всякие пустопорожние аргументации, благодаря чему лучшие очень скоро кончали в больном, бессильном Скептицизме, а худшие – лопались (crepiren) в окончательном самомнении и умирали для всяких духовных стремлений» (с. 125).
Тейфельсдрек сообщает нам длинные подробности о своих «лихорадочных пароксизмах Сомнения»; о своих исследованиях касательно Чудес и доказательств Веры; о том, как «в молчаливые часы ночи, когда в его сердце было еще темнее, чем на земле и на небе, он повергался ниц перед Всевидящим и громким голосом возносил горячие мольбы о Свете, об освобождении от Смерти и Могилы. Только спустя многие годы и после невыразимой борьбы сдалось верующее сердце, погрузилось в очарованный сон, в кошмаре Неверия, и под гнетом этого мучительного сна приняло прекрасный, живой Божий мир за бледный, пустой Ад…» (с. 127).
«Насколько больше тот, чьи способности духовны; кто изучил или начал изучать великое тауматургическое[583] искусство Мысли! Я называю его тауматургическим, ибо доселе все чудеса были сотворены помощью его, и впредь будут твориться еще бесчисленные; некоторым из них мы сами в настоящее время свидетели. О вдохновенном Посланничестве Поэта и Пророка и о том, как оно созидает и разрушает целые миры, я не буду упоминать; но и самый глупый разве не может слышать, как вокруг него гремят паровые машины? Разве он не видит, как Идея Шотландского Слесаря (и то лишь механическая) мчится на огненных крылах вокруг мыса Доброй Надежды, через два Океана и, могущественнее всякого Духа, вызванного Волшебником, переносится и передвигается во все стороны, а дома не только ткет Одежду, но и делает чрезвычайно быстрый переворот во всем старинном строе Общества и приготовляет нам косвенным, но верным способом, в замену Феодализма и Права Охоты Индустриализм и Власть Мудрейшего. Поистине, Мыслящий Человек есть худший враг, которого только может иметь Князь Тьмы. Я не сомневаюсь, что каждый раз, как такой человек возвещает о себе, все Преисподнее Царство содрогается и приготовляет новых Эмиссаров, с новыми хитростями, чтобы, если возможно, уловить его, завязать ему глаза и сковать его» (с. 132).
Время не хочет остановиться, а он, Сын Времени, не может остановиться; дикие страсти без удовлетворения, дикие способности без употребления беспрерывно терзают и волнуют его. И он также должен играть эту мрачную Монодраму: