Приведенные ниже отрывки из книги выбраны по принципу их сходства или интонационной близости с некоторыми философскими записями из дневников или совпадения некоторых нюансов биографий С. И. Вавилова и Диогена Тейфельсдрека (любовь к книгам, преклонение перед Гете, особая роль матери и т. п.).

Цитаты (орфография частично приведена к современным нормам) даются по изданию: Карлейль Т. Sartor Resartus. Жизнь и мысли герр Тейфельсдрека / Пер. Н. Горбова. – М.: Типо-лит. Т-ва И. Н. Кушнерев и К°, 1904. – 356 с.

«Люди умозрительного склада, – пишет Тейфельсдрек, – переживают иногда периоды, – сладкие, но многозначительные часы размышления, когда с удивлением и страхом ставите вы себе этот неразрешимый вопрос: Кто Я? Что это за существо, которое может сказать „Я“? (das Wesen, das sich Ich nennt?). Мир, с его шумной суетой, отходит вдаль, и, сквозь бумажные обои, сквозь каменные стены, сквозь толстые завесы Торговли и Политики, сквозь все живые и безжизненные покровы (Общества и Тела), которыми окружено ваше Существование, – сквозь все это взор проникает в пустую Глубину, и вы – один на один с Миром и вступаете с ним в молчаливое общение, как одна таинственная Сущность с другой».

«Кто я? Что такое это Я? Голос, Движение, Внешность; – некоторая воплощенная, получившая образ, Мысль Вечного Ума? Cogito, ergo sum. Увы, бедный Мыслитель, это мало подвигает нас вперед. Конечно, я есмь и еще недавно не был; но Откуда, Как, Для Чего? Ответ лежит вокруг; он написан всеми красками и почерками; он произносится на все тоны восторга и воплей в тысячеликой, тысячегласой, гармонической природе; но где тот острый глаз, то чуткое ухо, для которых это Богом написанное Откровение выскажет раздельно свою мысль? Мы пребываем как бы в бесконечной Фантасмагории, в Пещере Грез, – бесконечной, ибо самая слабая звезда, самый отдаленный век лежат не ближе нашего к ее пределам; звуки и многоцветные образы летают вокруг наших чувств; но Его, Недремлющего, Чье творение – и Греза, и Грезящий, Его мы не видим, и даже не подозреваем, кроме редких минут полубодрствования. Творение, скажут, находится перед нами, как великолепная Радуга; но Солнце, ее произведшее, находится сзади нас и скрыто от нас. И в этом странном Сне как цепляемся мы за тени, как будто бы они – сущности; и мы спим крепче всего тогда, когда мним себя наиболее бдящими! Какая из ваших Философских Систем есть что-нибудь иное, чем теорема грез, – одно частное, принятое на веру, когда и делимое, и делитель неизвестны? Ваши национальные Войны, с их Бегством из Москвы, ваши кровавые, полные ненависти Революции, – что все это, как не Сомнамбулизм больных Спящих? И эти сновидения, этот Сомнамбулизм есть то, что мы называем на Земле Жизнью; и большинство бродит в этом, не смущаясь, как будто может отличить правую руку от левой, а между тем мудр только тот, кто знает, что он ничего не знает».