Глава одиннадцатая. Превратности оперы «Руслан и Людмила» (1842–1844)

Глава одиннадцатая. Превратности оперы «Руслан и Людмила» (1842–1844)

Времен от вечной темноты,

Быть может, нет и мне спасенья!

Параллельно с бракоразводным процессом и отношениями с Екатериной Керн шло сочинение оперы «Руслан и Людмила» по одноименной поэме Пушкина. Опера пугала композитора и радовала, спасала от мучительной реальности и в то же время ввергала в пучину сомнений. Музыка то выходила на первый план, то вовсе забывалась в водовороте болезней и чувств.

Опера «Руслан и Людмила» создавалась почти шесть лет — с конца 1836-го по 1842 год. Сегодня такой срок не кажется чем-то экстраординарным, а для эпохи Глинки, когда театральные сочинения создавались за короткое время, вплоть до двух недель, как бестселлер «Любовный напиток» Доницетти, это было как минимум странно, а как максимум — признанием в собственном творческом бессилии.

Премьера оперы создала прецедент в истории русского оперного театра — музыкальный мир разделился на тех, кто восхищался ею, и тех, кто считал ее неудавшейся. А в 1860-е годы «Руслан и Людмила», наряду с «Жизнью за царя», породила очередную литературную дискуссию в СМИ. «Русланисты» и «антирусланисты» — в зависимости от принимаемой позиции — резко выступали в защиту одной оперы и протестовали против другой. Столь яростные обсуждения были связаны с более глобальным вопросом — очередным витком в поисках истинной национальной оперы и, шире, национального искусства. Дискуссия — когда-то более агрессивная, когда-то уходившая в подтексты музыкальных сочинений — продолжалась вплоть до конца XIX века. Несмотря на это, «Руслану и Людмиле», так же как и «Жизни за царя», суждено было превратиться в один из ключевых художественных текстов русской культуры. Она стала моделью, то есть образцом для подражания последующих отечественных композиторов.

История восприятия этого сочинения не менее интересна, чем история ее создания. Обе эти линии переплетались и влияли друг на друга. Попробуем разобраться в запутанных фактах и вымыслах о постановке оперы и приведем часто противоречивые оценки современников и последующих поколений. Каждая эпоха, как в зеркале, видела в «Руслане и Людмиле» себя — отражение могло нравиться, а могло вызывать отторжение.

Рождение музыки из духа поэмы Пушкина

Рождение музыки из духа поэмы Пушкина

Вернемся на шесть лет назад. Вдохновленный успехом «Жизни за царя», Глинка уже с конца 1836 года думал о новой опере. На одном из великосветских вечеров известный автор пьес, литератор князь Александр Шаховской, еще один выходец со Смоленщины^{389}, заметил, что Воробьева, исполнявшая партию Вани, хороша в мужских амплуа.