В столице Уэльса Диана превзошла самое себя: она произнесла речь на валлийском языке. Речь не была очень длинной, но и готовиться выступить на языке, которого она не знала, времени у принцессы много не было. Очевидно, что Диана вовсе не глупа и обладала определенными способностями, некоторые из которых просто в себе даже не удосужилась раскрыть. Ее проблемой всегда оставалась психика, неумение контролировать эмоции, саморазрушение и вечное желание свалить за все вину на других, а совсем не отсутствие ума.

Чарльз и Диана в ту поездку посетили и больницу, где беседовали с только что родившими женщинами. Роль Чарльза часто принижают, акцентируя внимание на Диане, которая и правда пожинала первые плоды своего бешеного успеха. Но принц везде шагает рядом с женой. Он также сражается с ветром и дождем, долго разговаривает с роженицей. Конечно, ему приходилось проще. Состояние беременной Дианы не сравнить с состоянием здорового мужчины, пусть и промокшего, но стойко шлепавшего по лужам. Тем не менее резкий спад его популярности на фоне жены в ту поездку является легким преувеличением.

После поездки в Уэльс 5 ноября официально объявили о беременности Дианы.

Беременность позволила Диане прекратить лечение и не принимать успокоительные, прописанные врачами. Оставшееся до Рождества время пара провела в Букингемском дворце, где у них в распоряжении находились спальня, гостиная, кабинет, ванная и две гардеробных. Как обычно, график Чарльза был плотным, но Диана признавать его официальные обязанности не хотела. Секретарь Чарльза вспоминает, как он пытался втолковать Диане, что «существует такое слово «долг». «Вы можете взять ежедневник на следующий год, – сказал он принцессе, – и сразу пометить: церемония выноса знамени, служба в Поминальное воскресенье, несколько королевских поездок, выезд в Балморал, выезд в Сандрингем, охота… Уже сейчас можно заполнить половину дней, и все это вам нужно будет сделать».

Диана постоянно говорила о своем одиночестве, хотя ей не запрещали навещать подруг и приглашать их в гости. Кроме подруг Диана встречалась с сестрами и матерью. Отца она тогда не приглашала, не желая видеть мачеху. 25 сентября 1981 года объявили и имена женщин, которых назначили Диане фрейлинами. Список с годами расширится, но пока он включал мисс Анну Бэквит-Смит, миссис Лавинию Вивьен Беаринг и миссис Хейзел Джордж Алстон-Робертс-Уэст. Этих троих Диана выбрала из списка, подготовленного для нее сотрудниками Букингемского дворца. Анна работала на принцессу полный рабочий день. Она также являлась личным секретарем Дианы, помогая ей с корреспонденцией, назначением встреч, а также теми делами, которые не входили в круг обязанностей основного секретаря.

Анна начала исполнять свои обязанности с 6 октября. Лавиния и Хейзел приступили к своим обязанностям несколько недель спустя; они работали не каждый день, но помогали принцессе во время общественных мероприятий (в частности, они выехали с Дианой в поездку по Уэльсу). Список был опубликован в Times 26 сентября. Со временем у Дианы появилось еще пять фрейлин. Они не получали зарплаты, но им возмещали карманные расходы и расходы, связанные с разъездами. Также им выдавали небольшую сумму на гардероб. Анна получила зарплату за свою работу только в качестве личного секретаря принцессы.

Иногда пишут, что Диане ранее конца сентября никто «не удосужился» назначить фрейлин. Но, как мы помним, она сама накануне свадьбы отказалась просматривать список предложенных кандидатур. А на яхте Диане помогали горничные…

В конце года Диана зажигала праздничную иллюминацию на Риджент-стрит в Лондоне. Она произнесла короткую речь и вернулась во дворец вне себя от страха – Диана впервые находилась на мероприятии одна. На Рождество королевская семья переехала в Виндзор. Это время стало недолгим «периодом счастья и покоя». Чарльз радовался уютному времяпрепровождению вдвоем и с нетерпением ждал появления на свет малыша. Остальные члены семьи дарили друг другу подарки – «причем самые полезные и обычные, что Диану страшно удивило». Однако долгожданное спокойствие длилось совсем недолго, ровно до наступления Нового года и переезда в Сандрингем.

Часть 3 1982–1987

Часть 3

1982–1987

Глава 1 Начало конца

Глава 1

Начало конца

К сожалению, беременность совпала с новой напастью: Диана, поняв, что нужного внимания к своей персоне так и не добивается (а таким людям внимания никогда не хватает, даже если с ними проводить сутки напролет, чего, надо честно признать, Чарльз не делал, а, соответственно, причины для упреков множились), решила пойти на крайние меры. Некоторые биографы говорят, что последней каплей перед отправкой Дианы осенью 1981 года в Лондон к врачам стала попытка Дианы покончить с собой. Вряд ли она действительно хотела свести счеты с жизнью, но показать, насколько она решительно настроена, по ее мнению, все-таки следовало. И Диана попыталась перерезать себе вены.

В январе 1982 года случилось второе несчастье. Причиной послужила пресловутая охота. Чарльз не менялся: он до помолвки охотился и рыбачил и после помолвки не бросал своих привычек. Свадьба в его жизни и так многое изменила, дорогие сердцу привычки принц менять не собирался. Но Диана смириться с этим по-прежнему не хотела. И вот в один из не прекрасных дней, принцесса попыталась заставить принца остаться дома. А принц настойчиво стремился на охоту. Далее случилось ужасное…

У этой истории, как и у большинства других, есть две версии. После смерти Дианы те, кто о ней писали и вспоминали, те, кто интересовался ее биографией, сразу разделились на два лагеря – «фанатов» и людей, пытавшихся относительно объективно оценивать жизнь принцессы (чаще в негативном свете). Диана сама способствовала такому положению дел: ее собственные слова и воспоминания, которыми она активно делилась при жизни, часто противоречат друг другу. «Приукрашивание» действительности, а также эмоциональная неустойчивость (все виделось то в светлых тонах, то в черных) повлияли на «картинки», нарисованные принцессой. Поэтому хор людей, с которыми Диана советовалась, консультировалась, болтала за чашкой чая, диссонирует и «поет» ни в склад, ни в лад …

Как ни пересказывай январский инцидент, выглядит он нелицеприятно. Беременная Диана упала с лестницы, пришлось срочно вызывать врача, а также гинеколога из Лондона, дабы удостовериться, что с будущим ребенком все в порядке. Самый мягкий вариант истории звучит следующим образом: да, Диана устроила Чарльзу истерику, но она просто споткнулась на нижних ступеньках и растянулась во весь рост прямо перед вышедшей к лестнице королевой. Чуть более страшно выглядит развернутый вариант первой версии: Диана так истерила, что уже не понимала, что происходит, шагнула в никуда, и этим «никуда» оказался лестничный пролет. «Мы в очередной раз поссорились, и я не задумываясь в отчаянье шагнула вниз. Летела, кувыркаясь, очнулась у ног королевы-матери. Пришлось вызвать «Скорую», поскольку я очень боялась за малыша…» В другой раз Диана скажет: «Я знала, что не потеряла ребенка – только синяков набила».

Самой отвратительной версией является намеренная попытка Дианы покончить с собой. Она угрожала Чарльзу сделать именно это, а когда он не отреагировал, прыгнула с верхней площадки лестницы. «Королеву била дрожь» – во всех пересказах мать Чарльза обнаруживает внизу распростертое тело невестки.

Конечно, можно предположить, что Диана упала случайно. У беременных часто кружится голова, и, возможно, она ненамеренно свалилась вниз. Как бы то ни было, начало у этой истории одно: истерика по поводу отъезда Чарльза из дома. Конец разнится, опять-таки в зависимости от «лагеря». Те, кто Чарльза винит в разваливавшемся браке, настаивают на том, что он либо сразу уехал, куда собирался, либо, в лучшем случае, дождался врачей, а после все равно уехал. Друзья принца и слуги утверждают обратное: он оставался возле Дианы весь день, и позже они даже отправились на пикник. По свидетельству самой Дианы, он «фыркнул», обозвал ее истеричкой и удалился.

Небольшую передышку Чарльз получил на Багамах. Туда они с Дианой отправились в середине февраля, хотя и здесь не обошлось без скандала, правда, случившегося по вине репортеров. Кроме нашумевшего фото, которое подстегнуло интерес к Диане, остальное шло куда как хорошо, и это отчетливо видно по другим фотографиям, сделанным во время отдыха. Газета Sun, опубликовавшая скандальные фото в бикини, писала: «Умопомрачительная будущая мамочка принцесса Диана ныряет в воду на райском острове… в бикини. Находящаяся на пятом месяце беременности принцесса оставляет мысли о ветреной Британии, начиная отпуск своей мечты на Багамах. Беспечная Ди отбрасывает королевскую осторожность и надевает открытый купальник на крохотном острове Уиндермир. Она выглядит счастливой и расслабленной, когда плюхается в воду с хозяином виллы лордом Рамси. Ее супруг Чарльз послушно тащит шезлонг к кромке воды, чтобы Ди загорела наилучшим образом. Она не остается в долгу и намазывает ему на спину крем для загара».

Королеву сильно возмутили опубликованные снимки. Из канцелярии тут же отправили официальное письмо в газету, в котором говорилось, что фотографии являются «позорнейшим фактом» в истории британской журналистики. Королевская семья все еще пыталась что-то предпринимать. Конечно, сегодня подобные комментарии могут показаться смешными и нелепыми. Но в начале восьмидесятых деятельность папарацци еще вызывала попытки хоть как-то их усмирить. Телевидение начало более или менее регулярное вещание в начале пятидесятых. Даже фотографии начали публиковать в газетах лишь в конце девятнадцатого века. По большому счету журналисты смогли на полную мощь пользоваться этими достижениями только со второй половины двадцатого. Кроме того, следует учитывать и умеренный интерес к королевской семье, всплеск которого пришелся как раз на момент появления в ней Дианы.