6. Национальная гордость восточных немцев и самоненависть западных немцев. Представление Запада о ГДР как неправовом государстве, шпионящем за всеми, полностью карикатурно. В этой связи госпожа Шварц указывает на главное различие между Западом и Востоком. Если на Западе левые выступают против любых форм национального государства и проявлений национальных чувств, то восточные немцы воспитывались в духе гордости за свое миролюбивое и антифашистское государство. В подтверждение важности и необходимости этой гордости госпожа Шварц ссылается на двух выдающихся деятелей культуры ГДР – писательницу Кристу Вольф и художника Вольфганга Маттойера: «Мы должны гордиться собой, иначе пропадем» (Криста Вольф); «Самая большая опасность для Германии – ненависть к себе» (Вольфганг Маттойер)[572].

7. Гневный протест восточных немцев против объединенного государства. Именно здесь госпожа Шварц концентрирует всю свою неприязнь к западной половине немецкого государства и все свое возмущение воссоединением Германии. Самоненависть западных немцев, перейдя границу, охватила и восток страны. Это сопровождается устранением части немецкой истории. Она приводит примеры: переименование вопреки протестам местных жителей Университета имени Эрнста-Морица-Арндта в Грайфсвальде и сохранение имен сомнительных венценосных особ в названии Мюнхенского университета[573]. Отсюда вывод: она не верит в стабильность экономической ситуации и предвидит мрачное будущее для своих детей, живущих в стране, которая забыла свою историю.

Проблемы немецкой национальной идентичности

Проблемы немецкой национальной идентичности

Уже выросло новое поколение в единой Германии, но оно ей ничего хорошего не принесет, пока она отрицает себя. Это прямо связано с вопросами идентичности и отношением к нации. В этой стране отношение к нации заведомо сложное. Национальной идентичности либо чересчур много, либо слишком мало; отсутствие равновесия ведет к усилению крайностей. Идеальным было бы такое равновесие, когда там, где чересчур много, – убавляют, а там, где мало или совсем нет, – прибавляют. Если бы это было так просто!

После 1945 года отношение немцев к нации складывалось по-разному. На Западе тон задавал Томас Манн. Находясь в эмиграции, он подытожил: «Рожденная в войнах, нечестивая Германская империя прусской нации могла быть только милитаристским государством. Таковым оно жило, занозой сидя в теле человечества, таковым оно теперь погибает»[574]. На Востоке все было иначе. Возвратившийся из эмиграции поэт и коммунист Иоганнес Бехер еще в 1945 году опубликовал сборник под названием «Немецкая исповедь». В нем он рассказывал о том, как неустанно искал «немецких людей, немецкие города, немецкие ландшафты». Вильгельм Пик, первый президент ГДР, поручил ему написать новый национальный гимн. И он прозвучал в ноябре 1949 года, вскоре после создания ГДР: