После выборов Мерсер сосредоточился на управлении Renaissance, тесно сотрудничая с Питером Брауном.

Мерсер не был заинтересован ни в должности посла, ни в каких-либо других очевидных наградах, которые часто получают те, кто поддерживает победителей на президентских выборах.

Мерсер не был заинтересован ни в должности посла, ни в каких-либо других очевидных наградах, которые часто получают те, кто поддерживает победителей на президентских выборах.

Но Бэннон стал главным стратегом Белого дома, а Конвей – советником президента, гарантируя тем самым, что Мерсер будет иметь беспрецедентный доступ к Трампу. Мерсер оставался одним из важнейших покровителей Республиканской партии и продолжал контролировать Breitbart News, что давало ему влияние на восходящее крыло партии.

Ребекка Мерсер взяла на себя более активную роль в новой администрации. В течение нескольких недель она находилась в офисе Бэннона в башне Трампа в качестве советника по отбору кандидатов в кабинет Трампа. Мерсер успешно лоббировала избрание сенатора Джеффа Сесси на пост генерального прокурора, настаивала на том, чтобы Митт Ромни не стал государственным секретарем, и сыграла роль в выборе адвоката Джея Клейтона, который возглавит Комиссию по ценным бумагам и биржам США (даже несмотря на то, что оказываемое влияние Ребекки вызвало некоторое удивление, ведь ее отец был со-генеральным директором одного из крупнейших хедж-фондов страны). Позже президент обратился к одному из давних соратников Ребекки Мерсер, Леонарду Лео, руководившим Federalist Society[156], за поддержкой почти всех его кандидатов в судьи. Она также планировала возглавить внешнюю группу, призванную поддержать программу Трампа.

Ребекка Мерсер становилась публичной фигурой. В начале того же года журнал GQ признал Мерсер 17-м самым влиятельным человеком в Вашингтоне, округ Колумбия, назвав ее «первой леди альтернативных правых». Политическое влияние этой семьи, наряду с постоянной поддержкой президента, казалось, было гарантировано.

Дэвид Магерман был раздосадован.

Хотя он был зарегистрированным демократом, Магерман считал себя политическим центристом и иногда голосовал за кандидатов от республиканцев. Однако кампания 2016 года была совсем другой историей. Трамп оскорблял иммигрантов, говорил о расширении финансирования частных школ за счет государственных и обещал потратить миллиарды долларов на строительство стены на мексиканской границе. Его взгляды и политику Магерман считал ошибочными и жестокими. Клятва кандидата ограничить права женщин на аборт встревожила Магермана и его жену Дебру. После выборов Магерман удалил из друзей почти всех своих знакомых в Facebook, надеясь избежать болезненных напоминаний о победе Трампа.