Обсуждая свое будущее с Брауном и другими, Магерман не облегчал им задачу.

«Я не могу брать деньги за молчание», – сообщил он им.

В какой-то момент Магерман нанес визит в офис на Лонг-Айленде и был расстроен тем, что так много сотрудников отнеслись к нему недружелюбно. Казалось, что либо никто не хотел ставить под угрозу свою позицию в фирме, оказывая поддержку Магерману, либо даже левые сотрудники думали, что он пошел не по тому пути.

«Люди, которых я ожидал увидеть радушными и приветливыми, были сдержанны, – отметил он после встречи. – Они видели во мне злодея».

Преодолевая препятствия, обе стороны разработали предварительное соглашение для возвращения Магермана, в котором были прописаны условия в отношении того, что он мог сказать о Мерсере. Однако сделка не была завершена. Чтобы помочь восстановить отношения, Магерман решил посетить покерный турнир 20 апреля в Нью-Йоркском отеле St.Regis, в пользу Math for America, некоммерческой организации, основанной Саймонсом. Событие было долгожданным ежегодным столконовением квантов, профессиональных игроков в покер и других. Магерман знал, что Саймонс, Мерсер, Браун и другие руководители Renaissance будут там. Кто знал, может, и Ребекка Мерсер появится?

«Я хотел вернуться и снова быть частью этой культуры, – вздыхает Магерман, – чтобы показать, что я прилагаю усилия».

Пока Магерман три часа ехал из дома, он начал ощущать беспокойство. Он не был уверен, как его примут коллеги или другие присутствующие.

В отеле Магерман внес 5000 долларов для участия в турнире.

В отеле Магерман внес 5000 долларов для участия в турнире.

Он сразу заметил, что не был одет соответствующим образом. Большинство примерно из 200 игроков в зале на втором этаже пришли на мероприятие в костюмах или пиджаках. Служба безопасности была в смокингах. Магерман надел джинсы и классическую рубашку с открытым воротом. Это была ошибка, которая усугубила его дискомфорт и опасения.

Магерман вошел в комнату для покера и сразу увидел Боба Мерсера. Он подумал, что теперь не время стесняться, подошел прямо к Мерсеру и похвалил цвет его костюма, который был необычного синего оттенка. Мерсер улыбнулся и сказал, что его выбрала одна из дочерей. Обмен приличиями, казалось, прошел хорошо.

«Фух», – подумал Магерман.

Вскоре после 19:00 часов Магерман начал играть в холдем с нот-лимитом[160] за столом с Саймонсом, членом Зала славы покера по имени Дэн Харрингтон и несколькими другими. Когда Саймонс вышел в боковую комнату, чтобы покурить, Магерман последовал за ним. Он извинился за свое выступление с критикой Мерсера, которое породило негативное внимание к фирме.