Светлый фон
Этот обычай обогащаться за счет побежденного врага восходит к древним временам. Тогда у господ не было средств платить своим солдатам. Они обыкновенно обещали им в качестве компенсации одну десятую часть захваченного имущества, в том числе женщин, которых с глубокой древности считают вещью. Можно ли придумать лучшую мотивацию для изголодавшихся войск?

Этот обычай обогащаться за счет побежденного врага восходит к древним временам. Тогда у господ не было средств платить своим солдатам. Они обыкновенно обещали им в качестве компенсации одну десятую часть захваченного имущества, в том числе женщин, которых с глубокой древности считают вещью. Можно ли придумать лучшую мотивацию для изголодавшихся войск?

Этот обычай обогащаться за счет побежденного врага восходит к древним временам. Тогда у господ не было средств платить своим солдатам. Они обыкновенно обещали им в качестве компенсации одну десятую часть захваченного имущества, в том числе женщин, которых с глубокой древности считают вещью. Можно ли придумать лучшую мотивацию для изголодавшихся войск?

Бегство или смерть

Бегство или смерть

В 1942 году Филипп де Ротшильд[31] тоже все теряет. Со сломанной ногой он вынужден бежать из Франции и уезжает в Марокко, где остается на несколько недель, пока восстанавливается. Однако его настигают агенты Виши. Его обвиняют в дезертирстве и арестовывают, на несколько месяцев бросают в тюрьму, а затем депортируют в Париж на судебный процесс. Филиппа приговаривают к шести годам тюрьмы. Через несколько недель ему удается выйти на свободу и уехать в Англию, где он идет на службу в британскую авиацию. Вернувшись в Дордонь, он воссоединяется с Элизабет[32] и девятилетней малышкой Филиппиной.

Во Франции положение ухудшается. Немцы занимают значительную часть территории, ловят евреев и несогласных. Облавы грозят смертью. Из-за повсеместной проверки документов перемещаться по стране сложно.

Филипп хочет забрать жену и дочь в Англию. Вопреки всем ожиданиям Лили отказывается. Представительница старой аристократии и христианка, она у себя дома. Нацисты не дают ей никаких поводов для беспокойства. Филиппу не удается убедить жену, и, оставив с ней дочь, он в одиночестве уезжает и воссоединяется с Джеймсом[33], своим братом.

У Джеймса от брака с Клод две дочери – восемнадцатилетняя Николь и семнадцатилетняя Моника. Как и многие евреи, они остались во Франции и недостаточно быстро отреагировали на те клещи, в которые их взяли нацисты. Теперь девушки пытаются уехать из страны через горы, потому что этот маршрут, как предполагается, оккупанты меньше контролируют.