С момента смерти Жюли де Ротшильд прошло более тридцати лет. Швейцарский дом, завещанный родственницей Морису, все еще ему принадлежит. Поскольку большую часть периода оккупации наследник Мориса Эдмон II остается в Преньи, все имущество, которое он передает сыну, не подлежит конфискации и защищено от нацистов.

В центре внимания также оказывается история с замком де Байгю, принадлежащем его сестре Каролине, рядом с Булонским лесом. Эта недвижимость, получившая высокую оценку, также остается в руках управляющего. Из-за слишком низкой цены он отклоняет предложение о покупке со стороны Парижа. В официальном письме префектура, которая затягивает дело и добавляет еще больше проволочек, указывает, что «из всех возможных вариантов продажа недвижимости органам государственной власти создаст меньше всего сложностей в будущем»[34]. Такая формулировка намекает, что немецкая оккупация и режим Виши продлятся не вечно. Не пыталась ли администрация подобным образом оказать пассивное сопротивление? Такой вариант возможен. Как бы то ни было, замок спокойно дожидается своей владелицы.

Для Ги де Ротшильда обстоятельства складываются далеко не просто. В разгар войны антисемитские декреты запретили ему владеть капиталом в собственном банке. Теперь возникает конфликт с положениями закона при том, что он продолжает руководить работой этой организации. В банке, перенесенном в коммуну Ла-Бурбуль на свободную от режима Виши территорию, Ги принадлежит только одна треть, остальное (доли бежавших Эдуарда и Робера) экспроприируется.

Жанико, назначенный управляющим, чертовски умен и искушен в процессуальных нюансах. Он применяет закон Петена, запрещающий евреям занимать должности руководителей. В итоге все акционеры, включая директора, объявляются банкротами, и общество должно быть ликвидировано. Но тогда Жанико будет нечем управлять. К тому же невозможно ариизировать (провести отчуждение еврейского имущества) банк, который больше не контролируется евреями и у которого больше нет активов. И в этот момент управляющий отказывается применять те положения, на основании которых он был на эту должность назначен!

Французское руководство и немцы кусают локти. В итоге решают, что нужно срочно… ничего не делать!

После вступления США в войну вопрос снова всплывает: прежние акционеры Ги, Эдуард и Робер бежали из страны, и нацисты с радостью объявляют банк Ротшильдов вражеской организацией. Теперь он подлежит конфискации и последующей передаче Германии. Немцам достается общество-пустышка под названием Банк Ротшильдов: оно не ведет практически никакой деятельности, зато в нем работают пять десятков сотрудников, которым нужно платить зарплату!