На одном из совещаний сотрудники попросили Воджицки назвать ее самый большой страх. Она быстро ответила: «Регулирование».

YouTube, который так часто проявлял медлительность, когда нужно было реагировать на критику со стороны авторов и сотрудников, начал быстро предпринимать отчаянные усилия по саморегулированию — раньше, чем это сделали правительства. В июне компания переписала свои правила в отношении материалов, разжигающих ненависть; теперь были запрещены видеоролики, в которых «утверждается превосходство какой-либо группы[280] с целью оправдать дискриминацию, сегрегацию или исключение». Исчезло все, что прославляло нацистов или отрицало «хорошо задокументированные насильственные события», такие как Холокост и расстрелы в школах. После Крайстчёрча компания запретила публикацию отснятых преступниками кадров «событий со смертельным исходом или серьезными видами насилия». YouTube обновил политику борьбы с преследованиями и домогательствами, запретив угрозы одних авторов в адрес других; поначалу в правилах делалось исключение для «общественных деятелей», хотя компания специально создала сервис, предназначенный для того, чтобы делать обычных людей знаменитыми. (Позже эту политику распространили и на общественных деятелей.) YouTube нанял экспертов по развитию детей и запустил внутреннюю программу (кодовое название Crosswalk) для продвижения образовательных и полезных детских видеоматериалов. Один сотрудник заметил, что скоро мир оглянется на ранний YouTube и увидит, насколько иным он был до всех этих капитальных ремонтов — так же, как мы смотрим на автомобили, выпущенные до появления ремней безопасности.

Однако новые защитные меры не вызвали всеобщего восхищения. Через несколько недель после анонса обновлений о разжигании ненависти менеджеры YouTube написали в Twitter, что эти правила применяются «без политической предвзятости», на что Дональд Трамп — младший ответил: «Вам никто не верит». После того как YouTube удалил рекламу с канала консервативного комика Краудера, сенатор Тед Круз потребовал от видеохостинга «перестать изображать из себя Бога». Для правых сторонников Трампа «разжигание ненависти» было всего лишь прикрытием, с помощью которого Кремниевая долина стремится навязать свой либерализм всем подряд. Сталкиваясь с такими прямыми нападками, YouTube никогда не наносил ответных ударов. Напротив, он удвоил веру в свои машины; компания написала правила, но выполнять их должны были автоматизированные системы, которые, по ее мнению, работали быстрее и эффективнее, без примеси человеческих предубеждений. Машины умели масштабировать себя. У машин не было никаких личных чувств к Дональду Трампу. YouTube стойко придерживался этой логики, что иногда вызывало недоверие. Еще в 2018 году из основной сети был удален шутник-провокатор Алекс Джонс с его «информационными войнами»; это произошло после того, как его в течение месяца забанили Spotify, Apple, Twitter, Facebook* и YouTube. Это выглядело так, будто крупные платформы, которые годами транслировали конспирологические разглагольствования Джонса, решили, что он перешел коллективную черту. Это не совсем верно. Собственно говоря, YouTube заморозил аккаунт Джонса за публикацию издевательств над несовершеннолетним, что является нарушением правил о защите детей. (Видео не было связано с его параноидальными теориями о стрельбе в школе.) Затем Джонс попытался обойти блокировку и загрузить данные на другой аккаунт, из-за чего его сразу исключили. YouTube снял его по формальным основаниям, как Аль-Капоне когда-то арестовали за уклонение от уплаты налогов. (В то время у Джонса было более двух миллионов подписчиков на YouTube.)