25 июля YouTube пригласил Чельберга и одиннадцать других европейских авторов в лондонский Музей Виктории и Альберта на специальную экскурсию по выставке «Кристиан Диор». Компания запланировала провести круглый стол с последующим частным приемом и ужином. Прилетела Сьюзен Воджицки, хотя в предварительном расписании отмечалось, что она не будет присутствовать на ужине. Однако там же была указана следующая встреча с 17:00 до 17:30 — «Сьюзен и Пьюдипай». В преддверии круглого стола YouTube подготовил список тем для обсуждения:

1. Ответственность — главный приоритет нашей компании.

2. Авторы — основа всего, что мы делаем.

3. Регулирование будет совершенствоваться.

В последующие месяцы Чельберг старался не попадать в заголовки газет. В новых видеороликах он начал выкрикивать ненормативную лексику и даже опубликовал кадры игры в Minecraft, как будто вернувшись к своей первоначальной форме. Он участвовал в другом многообещающем жанре YouTube — перед камерой смотрел собственные старые видео и показывал зрителям свою реакцию; получился ностальгический ролик, который позволил его стареющим зрителям заново пережить молодость. К следующей весне он подпишет контракт с YouTube на прямые трансляции игр без особой помпы, что станет его первым официальным деловым партнерством с Google более чем за три года. Пьюдипай вернулся к истокам.

* * *

По мере того как Чельберг сближался с Google, карьера Клэр Стэплтон шла под откос. После того как были сокращены ее должностные обязанности, она наняла адвоката; это привело к некоторым изменениям, но она продолжала чувствовать себя непринятой, отстраненной от рассылок, нежеланной. Ей предпочли Пьюдипая. После Крайстчёрча Стэплтон полагала, что многие разделяют ее позицию в отношении Чельберга — убежденность в разрушительности его влияния. Но YouTube с ней не согласился. Что касается Google, то она не планировала вновь вступать в контакт с зачинщиками протестов. Стэплтон, беременная вторым ребенком, беспокоилась о том, как этот стресс скажется на ее организме. Она страдала. («Моя жизненная сила сократилась примерно до размера и консистенции обрывка слизи на дне бутылки с чайным грибом», — написала она в одном электронном бюллетене[283].)

— Почему бы тебе просто не уволиться? — спросил ее муж во время мучительного разговора[284].

— Google — это больше, чем работа, — ответила она. — Это мой дом.

До акции 2018 года Стэплтон никогда не бунтовала, но она почувствовала себя уязвленной, увидев, насколько быстро менялись ценности Google и взгляд на ее роль в компании. Хотя, возможно, ценности на самом деле не изменились, просто изменилась Стэплтон. По словам одного бывшего коллеги, она не стала бы так громко протестовать против своей компании, «если бы не ушла на YouTube» — если бы не работала на сайте, расположенном так близко к источнику многих мерзостей человечества и так искусно преумножающем эту мерзость в ответ. Половина организаторов акции протеста работала на YouTube. В апреле, через месяц после курортного ретрита, Стэплтон и Мередит Уиттакер — которая тоже занималась организацией протестов и так же с тех пор чувствовала себя чужой в коллективе — написали коллегам подробный рассказ о своих испытаниях и призвали всех к большей активности. Описывая действия Google, они использовали тяжелое слово «возмездие»[285]. Теперь Стэплтон ясно расслышала послание от Google: «Вам здесь больше не место».