Но ситуация в Ираке потребовала совершенно нового образа мышления и методов тренировок.

Спецназ перевел тренировки своего состава с жестких целей вроде атаки шахты запуска ракет на более мягкие – вроде защиты нового правительства Ирака, спасение похищенных и охоту за особо опасными террористами. Такие миссии требуют регулярного поступления разведданных и постоянного присутствия на поле боя. И хотя наши прежние тренировки подготовили нас к ситуационной турбулентности, которая возникала из-за наших же действий, нам нужно было научиться действовать в обстановке постоянно меняющейся угрозы.

При ситуационной турбулентности вы контролируете все большую часть времени, у вас есть план на случай, если все полетит к чертям, а этот случай обычно происходит в том месте и времени, который выбираете вы сами. Для нас это был момент удара по цели: мы всегда были готовы к хаосу, пока проблема не будет решена. А на этой новой войне мы обнаружили себя в ситуации, когда ничто, помимо наших реакций на случившееся, не было в зоне нашего контроля.

Возможно, всем стоит привыкнуть к тому, что контролировать можно только свои реакции и свой подход.

Спецназовцы быстро сообразили, что старый подход здесь не сработает, и им пришлось начать думать в стиле Марсинко, чтобы вернуть эффективность. Поэтому команды были перегруппированы для этой цели. Стало понятно, что нужно действовать вместе с другими отрядами ВМС, которые находились там в то время, например, с техническими специалистами команды саперов, связующими, воздушными силами, так что они пригласили других тренироваться вместе с ними.

Спецназ нанял меня в 2005 году, когда я вышел в отставку, чтобы помогать вести предвоенную подготовку – ту самую, которую я помогал создавать и которой я управлял, когда меня попросил вернуться к активной службе капитан О’Коннелл.

Моя команда провела отряды через суровую, специально продуманную и опирающуюся на разведданные тренировку-имитацию миссии с множеством целей. Основной задачей было создать имитацию, максимально похожую на те боевые действия, с которыми военные столкнутся в будущем. У них были ежедневные обсуждения с командирами, а у руководящих командиров – свои собственные встречи. Как руководитель всей программы, я установил систему боевой коммуникации и ритм боя. Команды получали изначальную цель миссии; затем мы запускали в сценарий несколько «вбросов» разведки. Эти сообщения требовали конкретных действий: встретиться с информатором, разузнать возможные запасы оружия и так далее. Команды предпринимали действия и узнавали новые данные, которые заставляли их корректировать планы.

Приходилось постоянно менять планы на лету, что поначалу крайне мешало. Мы постоянно переделывали сценарий и заставляли команды думать наперед, а не просто реагировать на происходящее. Они научились быстро составлять блестящие планы и включились в стремительный ритм работы. Нужно было действовать на опережение вымышленного противника, иначе ситуация повернулась бы не в их пользу. Несмотря на то что война была гораздо сложнее самых сложных и продуманных симуляций, эти тренировки помогли понять, на что будет похожа настоящая битва.

Командам приходилось вместе справляться со своими страхами и учиться контролировать поведение в тех условиях, чтобы не провалиться в бою. Помните принцип «чем больше потеешь в мирное время, тем меньше крови прольешь в военное»? Те военные начали относиться друг к другу с огромным доверием и уважением. Они научились видеть своих боевых товарищей простыми людьми с невероятным желанием победить врага. Постоянная боевая коммуникация создала единство и тот самый тип коллективного сознания, а также крайнюю сосредоточенность на миссии. Все принципы, которые мы обсуждали в этой книге, стали видимыми последствиями этого.

И команды впоследствии были лучшими на поле боя.

Это был очень важный момент для меня, предпринимателя и офицера спецназа: помочь моей военной команде развить это крайне важное тренировочное решение. Позднее, в 2006 году, мою компанию наняли, чтобы создать и запустить менторскую программу спецназа (о чем я уже рассказывал) по всей стране, и, даже когда пишу эти слова, я все еще горд тем, что смог помочь моим товарищам овладеть ментальной стойкостью.

Возможно, что вся моя жизнь – все тяготы, вызовы, неудачи, проблемы в моей собственной семье – была создана именно для того, чтобы подготовить к этой важнейшей работе. Не кажется ли вам, что все, что случается в вашей жизни, даже плохое, происходит по какой-то причине? Замечаете ли вы направление, в котором движется ваша жизнь? Чувствуете ли вы, что, если бы вам только удалось выбраться из плена, вы тут же бы расцвели? Я – да… И в результате я научился слушать голос своего сердца. Он меня никогда не подводил.

Мы все хотим быть настоящими лидерами и выполнять наши миссии вместе с высокоэффективными командами перед лицом постоянной турбулентности. Но страх и наши скрытые проблемы сдерживают нас, даже когда мы не понимаем, что они у нас есть. Никто не идеален; все несут с собой груз прошлого в свой стиль лидерства. Вопрос, над которым я хочу, чтобы вы задумались, заключается в следующем:

Какой страх вам нужно победить в первую очередь?

Можете ли вы бросить все силы, чтобы победить его и раскрыть свой потенциал? Я уверен, что да, и предлагаю вам начать с упражнений, которыми я сопровождал описание всех семи принципов. Но прежде чем вы двинетесь на тренировочную площадку или вернетесь к своей команде, чтобы дать ей новое задание, у меня есть еще один принцип, о котором я хочу вам рассказать.

ПОБЕДИ СВОЙ СТРАХ

Упражнение 8: БОЕВАЯ КОММУНИКАЦИЯ, ГОТОВНОСТЬ ДЕЛИТЬСЯ, СОСРЕДОТОЧЕННОСТЬ

1. СОЗДАЙТЕ СИСТЕМУ БОЕВОЙ КОММУНИКАЦИИ. Подумайте о том, в каком состоянии находится система боевой коммуникации вашей команды. Видите ли вы контакт и общее мировоззрение? Действуете ли вы в ритме вашей текущей миссии? Что можно сделать лучше относительно частоты ваших совещаний, того, как они проходят, как и когда вы делитесь своими взглядами и стандартами? И наконец, используете ли вы прием мысленной победы до того, как вы окажетесь на поле боя?

2. ГОТОВНОСТЬ ДЕЛИТЬСЯ. Разделяете ли вы со своей командой риск и показываете ли им истинного себя? Что можно сделать лучше? Как насчет прозрачности информации и способности быть щедрым лидером? Ищите способы не мешать другим и дать им проявить себя.

3. ПРОЯВИТЕ КРАЙНЮЮ СОСРЕДОТОЧЕНОСТЬ. Распечатайте список вопросов, которые помогают с сосредоточенностью, и положите там, где вы можете видеть их каждый день. Периодически смотрите на них и просите их помочь вам сконцентрироваться на нужных задачах.

Заключение Последний принцип Как победить страх большой цели

Заключение

Последний принцип

Как победить страх большой цели

Есть такая тишина, которой вы никогда не услышите в помещении: не важно, насколько толстые у здания стены, не важно, насколько тихий у вас район, не важно, насколько поздней ночью вы пытаетесь прислушаться. Тишина, о которой я говорю, – это тишина природы. Если вы когда-нибудь проводили длительный промежуток времени на природе, то вы точно знаете, о чем я говорю – мир словно замирает, чтобы отдышаться.

Одно из моих любимых мест, где можно услышать такую тишину, – это горный хребет Адирондак на северо-востоке штата Нью-Йорк. Во время полуденной жары, когда солнце висит прямо над головой, а тени кленов и дубов превращаются в ничто, возникают моменты такой тишины, что если прислушаться, то слышно, как кровь бежит по артериям.

Я услышал такую тишину, когда получил назначение в Кению для исполнения консультативной специальной миссии и посетил там большой природный заповедник. Я был потрясен величием и красотой открытого пространства нашей планеты, но опечален рассказами о том, что браконьерство и охота за редкими видами животных стремительно уничтожают дикую африканскую фауну.

Несколько лет спустя я познакомился с бывшим военным и служащим специальных сил, занявшимся благотворительностью, Дэмиеном Мандером. Это знакомство прибавило мне уверенности в способности человечества развиваться и побеждать темную энергию насилия и эксплуатации.