Вторым сооружением были оленьи ко́злы.

Глава 57

Глава 57

Это были большие и громоздкие оленьи ко́злы, сооруженные в соответствии с традиционным стилем: сколоченная из прочных досок несущая платформа опиралась на две рамы А-образного сечения. Высота всей конструкции была не меньше семи футов, так что я свободно проходил под верхней перекладиной. Я предположил, что грузовик-самосвал, подъехав задним ходом к ко́злам, поднимал кузов и сбрасывал мертвое животное на землю между А-образными опорами, после чего к задним ногам привязывались веревки, которые перебрасывались через верхнюю перекладину, а затем посредством мускульной силы животное подтягивалось кверху до тех пор, пока его тело не принимало вертикальное положение вниз головой, то есть оказывалось готовым для работы мясника. Старая опробованная технология, но не единственная из всех, что я повидал. Если мне хотелось отведать стейк, я шел в офицерский клуб. Гораздо меньше работы.

Этим ко́злам могло быть лет пятьдесят, а то и больше. Доски, из которых они были сколочены, стали с возрастом еще прочнее и устойчивее. Видно, их выпилили из твердой местной древесины. С северной стороны на раме, обращенной ко мне, виднелись небольшие проплешины зеленого мха. За долгие годы работы верхняя перекладина истерлась веревками, при помощи которых вздергивали животных. Однако определить, сколько лет прослужило это сооружение, не представлялось возможным. Так же, как и не представлялось возможным определить, когда им пользовались в последний раз.

Тем не менее земля между опорами была потревожена, и причем недавно. Верхний слой земли толщиной в два или три дюйма был удален. Должно быть, раньше там была плотно утоптанная, почерневшая земля, такая же старая, как и сами козлы, а теперь на этом месте виднелась неглубокая выемка площадью примерно в три квадратных фута.

Никаких других заметных улик в этом дворе не было. Да и можно ли вообще считать уликами снятый слой земли и следы шин, оставленных не грузовиком-самосвалом или каким-либо другим транспортным средством? Сарай, стоявший рядом с козлами, был пустой. Я снова внимательно осмотрел дом, когда шел обратно к дороге, чтобы убедиться, что в него не входили. Окна были залеплены какой-то серой дрянью, следы которой, хотя и менее четко, просматривались на сайдинге, на дверях и на дверных ручках. Никто ни до чего не дотрагивался. Никаких следов, никаких отпечатков. Повсюду висели запыленные паучьи сети, неповрежденные. Все вокруг заросло; некоторые растения были большими и сильными, с колючками и шипами, другие — тонкими и слабыми, но все росло где попало: на ступенях крыльца, перед дверьми… Ни одно растение не было выдернуто, или срезано, или каким-то иным способом удалено с места его произрастания.