Создавая видимость хоть какого-то перевозимого багажа, исполнители набивали ручную кладь, чем придется. Отсюда наверняка и взялся этот дурацкий нож, некстати подвернувшийся под руку…

Мелочь, способная разрушить громаду всей операции, десятки хитроумных конструкций, решения политиков, передвижения войск… Торжество его Величия Случая.

Впрочем, за ходом здешних событий наблюдало много искушенных глаз, и с ножиком, как уяснил Абу, несомненно, обойдется…

В аппендиксе зала, предваряющего выход пассажиров на посадку, к нему подошел обозначенный напарник, заранее представленный ему посланником Хабибуллы.

– Все необходимое в кейсе, – сквозь зубы произнес Абу. – Я лечу в дальнем салоне, вы – в головном. Оружие со мной. В кейсе также находится рация. Я буду ждать твоей команды.

– Рация? – недоуменно прищурился собеседник.

– Да, я решил, это не помешает. Наши действия будут более слаженными. Она уже настроена, ты просто включишь питание.

Тут до него дошло, что рация наверняка запитана автономно. Так значит…

– Пассажиры рейса девяносто три приглашаются в самолет, – донеслось из динамика.

– Иди, я следом, – сумрачно сдвинув брови, приказал напарник Абу.

Теперь все решали секунды.

Пассажиры уже толклись у закрытой двери, придерживаемой рассеянно поглядывающим на летное поле служащим, дожидавшимся команды открыть проход; Абу, вставив в нагрудный карман прищепку со служебным пропуском, подошел к нему, согнутым пальцем постучав в стекло; тот улыбнулся, признав сослуживца, и пропустил его в коридор.

Абу успел отшагать двадцать шагов, оглянувшись, увидел хлынувшую следом толпу, а затем, загодя приготовленным ключом, открыл таящуюся в стене дверь, ведущую в техническое помещение, юркнув в него.

Он оставил маленькую щелочку, наблюдая сквозь нее, как мимо проходят беспечные люди, следующие, возможно, на страшную смерть. Вот мелькнуло сосредоточенное лицо террориста, несущего знакомый кейс, а вот и другой, – раскрасневшийся и досадливо покусывающий губы от промаха, допущенного с этим нелепым ножом…

Абу подумал, что похож на быка-провокатора, выращиваемого на чикагских бойнях. Быку надлежало вести за собой путаными коридорами испуганное стадо, доверяющее ему, старожилу, следующему знакомым путем, но путь вел в забойный цех, и когда до него оставались считанные ярды, бык сворачивал в тайный проход, а инерция выносила его собратьев в гибельное пространство.

Проводив взглядом взлетевший самолет, подвальными помещениями он вышел к грузовому лифту, а оттуда поднялся в зал прилета и проследовал к пандусу, тут же остановив подъехавшее такси.