– В том смысле, что и то, и другое весьма расплывчато?
– Суть лозунга о пролетариях тем не менее уясняли почти что век… Но так и не уяснили. В итоге махнули на него рукой, тем дело и завершилось.
– Не будем обнадеживаться чужими успехами.
– Почему же они чужие?..
МАКСИМ ТРОФИМОВ
Даже при аресте со мной обращались вежливо, без единого оскорбления и тычка. Отвезли не в тюрьму, а на какой-то загородный секретный объект, где, впрочем, имелась стандартная камера с решеткой на оконце размером с ладошку и с солдатской койкой, застеленной чистым бельем.
Вечером двое конвойных отвели меня в кабинет, где начался допрос.
Допрос вел явно не рядовой следователь, а офицер высокого звания, не удивлюсь, если и генеральского. Лет за пятьдесят, но моложавый, подтянутый и крайне корректный. Некто Анатолий Иванович, если данное имя отличалось правдивостью.
Я рассказывал все, как есть, ничего не тая. Собственно, скрывать что-либо не имело ни малейшего смысла. За рамками исповеди остался лишь мой контакт со Львом Моисеевичем, ибо мне не хотелось вовлекать в свои личные передряги безвинного человека. Также я опустил факт отданных Укрепидзе взяток: в конце концов, тот ничего с меня не вымогал, и деньги давались ему по нашей с Ричардом инициативе.
Допрос, впрочем, проходил без протокола, в форме непринужденного разговора под запись, с чаем и даже с пряниками.
– А какого рода информация была на этих дисках, вы знали? – спросил меня Анатолий Иванович.
– Понятия не имею, – сказал я. – Даже не интересовался. Если хотите продублировать мои ответы через полиграф, всегда готов.
– Спасибо за подсказку, – мягко улыбнулся он. – То есть Жуков передал вам материалы, и на том дело закончилось.
– Дело закончилось, когда я оказался перед вами, – ответил я. – И, чувствую, с этого момента начинается следующее.
– Вполне вероятно, – согласился он. – Тем более, как понимаю, у вас перспективные отношения с Ниной Уитни, и вы готовы их продолжить?
– Вы хотите заслать меня в тыл врага?
– Мы не враги, а партнеры, – с прежней улыбкой произнес он. – А вы – профессиональный человек, в погонах, с богатым боевым опытом…
– Это предложение? Или вам нужна моя реакция на него?