* * *

— Что там стряслось? — спрашивает оператор RTCC у коллеги, сидящего рядом.

Только что программа, анализирующая записи камер наблюдения, вывела на его экран кадры, которые посчитала отклоняющимися от нормы. Это запись с камеры, покрывающей участок 49-й улицы на пересечении с Бродвеем.

В новом окошке на экране своего компьютера оператор просматривает последние тридцать секунд перед сигналом программы. На оживленном тротуаре поднимается решетка канализационного отверстия, и из него выкарабкивается худая фигура в кепке. На ней нет ни спецодежды работника водоканала, ни защитного жилета ремонтника.

В главном окошке фигура уже встала во весь рост. Оператор приближает изображение. Из-под козырька кепки виднеются лишь подбородок и рот.

— Это может быть та британская журналистка, которую мы повсюду ищем? — спрашивает его сосед и открывает кадры, на которых Синтия Бонсант появляется перед спуском в канализацию. — Одежда грязнее. А в остальном… держу пари, это она!

— Отправляю туда пару нарядов, — говорит первый оператор и открывает канал радиосвязи.

— Она не убегает. Что она задумала? Она что-то там проповедует толпе?

Син выглядит далеко не как дама, вышедшая из шикарного бутика. Но, не смущаясь, она обращается к первому встречному с просьбой:

— Извините, вы не могли бы мне одолжить телефон на минутку?

Женщина отшатывается от нее и быстрым шагом уходит прочь. Син понимает, что действовать нужно иначе. Эта улица не очень оживленная. А вот на следующем перекрестке настоящее столпотворение. Она подбегает к толпе. На углу улицы табличка помогает ей понять, где она находится: 49-я/Бродвей. Она вспоминает план города. Студия находится где-то совсем близко, но где именно, она не знает. Она могла бы спросить дорогу у прохожих. Надо попробовать.

— Простите, турист, — звучит первый же ответ.

Она внимательно присматривается к людям вокруг, шагая по Бродвею. На некоторых зданиях висят гигантские рекламные плакаты, впереди исполинские мониторы. Теперь она спрашивает только тех, кто носит очки. На удачу, потому что с первого взгляда она не может определить, цифровые это очки или обычные. Пятый, шестой убегают, не удостоив ее ответом или взглядом, но тут кто-то хватает ее сзади за руку.

— Я поймал ее! — кричит голос.

Син пытается повернуться, вывернуться из цепкой хватки, но вторая рука вжимается в ее другую руку. Двое парней в очках крепко держат ее и что-то ей говорят. Или друг другу. Или кому? Син ловит лишь обрывки их взволнованного диалога.

* * *

— Уважаемые дамы и господа, — обрывает на полуслове ведущий Элвина Козака. — Как вы сами можете видеть на нашей видеопанели, события разворачиваются дальше! Двое прохожих только что заметили Синтию Бонсант на Бродвее рядом с Таймс-сквер.