Наушник молчал.

– Рокси?

Илья напрягся и открыл глаза. Вокруг было тихо и пусто, только дрон подплыл чуть ближе и завис рядом, словно собирался что-то сказать, и вдруг передумал. Илья смотрел в темный зрачок камеры, пытаясь ухватить ускользающую мысль. Что-то было неправильно. Не так. Он что-то упустил… Как она сказала? Не вижу? Почему?

– Рокси!

Голос! Вот что было неправильно! Голос из рубки всегда приглушенный, словно прижали к микрофону ладонь и орут из коридора. Так четко и ясно, в самое ухо, будто нет двух с лишним тысяч метров между ними, голос звучит, когда оба в масках. И картинка от дрона транслируется в рубку, снаружи ее действительно не видно.

– Рокси, не смей! Не смей, слышишь! Я приказываю вернуться!

Илья резко сжал кулаки, отталкиваясь от корабля, и тут же выбросил руки вперед. Вода вскипела вокруг запущенных на максимум буксировщиков белоснежными пузырьками.

– Возвращайся, слышишь! К черту, Рокси, ты не справишься! Это не рационально! Посчитай свои дурацкие проценты! Не надо, Рокси…

Манящая темнота глубины отступила, свернувшись мерцающими клубками черноты где-то внизу. Даже боль, собравшись в пульсирующий комок, сползла к затылку и не мешала думать. Без сознания он провалялся минут двадцать, не меньше – вполне достаточно, чтобы собраться и выйти. Еще потом тупил. Если Рокси идет без остановки, она уже где-то на трех тысячах – слишком много для нее! И где-то там плавает тварь, что столкнула их в пропасть.

– Рокси, ответь. Пожалуйста, ответь.

От крика уже саднило горло, но Илья продолжал звать, напряженно вслушиваясь в тихий шепот океана. Глупее занятие, чем метаться в расширяющемся зеве пропасти в попытке увидеть приближающийся байк, было сложно придумать. Умом Илья понимал, что не хватит у него ни воздуха, ни заряда буксировщиков, но упорно поднимался вверх, отвоевывая у пропасти метр за метром.

– Рокси!

Глаза болели от напряжения, и Илья прищурился, пытаясь понять: показалось, или где-то вдали блеснул свет? Фара. Точно, фара. Илья выдохнул и, сам себе не веря, заорал:

– Рокси, замри! Я тебя вижу! Замри, сказал!

Луч света метнулся справа налево и остановился, высвечивая кусок темной скалы. Наполовину разряженные буксировщики все еще вспенивали воду, пытаясь выжать максимальную скорость, и к застывшему байку Илья подлетел, почти не притормаживая. Сдернул Рокси с сидения и затряс.

– Ты почему молчала? Ты почему не отвечала? Какого черта! Я чуть не рехнулся!

Вместо ответа Рокси вдруг обмякла, и Илья почувствовал, как напряженно вздрагивает ее тело под его руками. Злость схлынула, оставляя место лишь щемящей боли и страху.