Ослабела у меня не только та деталь, которая называется шеей, но и все прочие. Я это понял спустя пятнадцать минут. А через полчаса я был весь взмокший от пота, жалкий, как котенок и страдающий от общей импотенции. Пришлось двигаться медленно, опираясь на стволы деревьев, и с передышками через каждые двести шагов. Пару раз белый свет в глазах таял, и я обвисал.

А потом набрел на Хасана, вернее, на его труп. Да, поискал он на свою голову «Манда-ди-Хайя». Никаких следов ранений и травм я не заметил. Следовало скорбно признать, что мой друг-а он все-таки оказался таковым — погиб из-за половых излишеств. Злая богиня и демоница, сидевшая в Лизе, сделала свое дело. Хасан круто ошибся, обнаружив в ней источник познания и жизни. Баба-яга сунула Иванушку-дурачка в свою печку, иначе говоря превратила жизненную энергию иракского друга в свою фертильную силу. А еще иначе — сожгла его гормонами и пептидами. Заодно и моего союзника Апсу лишила земной оболочки. Наверное, так.

Гильгамеш и Энкиду. Я все-таки оказался Гильгамешем. Волей или неволей Хася подставил меня под пулю и спас от демоницы, которая его затем употребила. Вместо меня. Мне показалось, что я различаю красномордую кляксу Апсу. Он метался где-то в высоте, не в силах приблизиться и как-нибудь помочь.

Про Гильгамеша в Фиминой тетрадочке ничего не было чиркнуто. Однако у этого фольклорного персонажа имеется библейская параллель, Авраам. Этот товарищ был тоже родом из Шумера и тоже искал бессмертия, правда с несколько иными характеристиками. Одна из точек, образующих энергетический канал, обозначена Гольденбергом, как «Авраам-Фараон». Значит, мне предстоит встреча с каким-то прирожденным властителем?

За такими полубредовыми рассуждениями я поправил ноги Хасана, сложил ему руки на груди — устраивать ямку не было никаких сил — и двинулся дальше.

Ночью проснулся от какого-то шороха в кустах, и сразу же, несмотря на вялость, перешел в позицию для ведения огня. Ну, дайте мне этого злодея, я его сейчас прошью свинцовой стежкой!

Из листвы появилась фигура. Фигурка. Я сразу понял, кто это.

— Я заметила тлеющие угольки, — объяснила свое появление демоница Лиза.

— Уходи, иначе будет пиф-паф. Я уже на границе твоего леса. Топай отсюда, Иштар-подлюка.

— Ты чего, совсем сбрендил, Глеб? Башка стаеросовая, охреневший от марксизма-онанизма чекист! Сrazy mother-fucker, go to prick! — По старой привычке Лиза так и не смогла матюгнутся по-русски, но затем, невозмутимо поводя задком, подошла к бывшему костру. А я, хоть и вспомнил серое изможденное лицо хасановского трупа, так и не смог пристрелить эту атомную секс-бомбу. Оставалась последняя надежда, что ввиду моей общей слабости проклятые любовные флюиды не окажут прежнего действия.