Перевод: «Сделай это, и возможно —
В шахматах, подумала она, удивительная открытость. Доска ничего не скрывает, все фигуры на виду. В ладьях не прячутся перебежчики, а слоны никого не перевозят.
Так и с этим враньем.
«Вы все еще держите у себя мое радио. И я это знаю. Но я должна притвориться, будто считаю иначе, будто мы доставили его вместе с вами по фальшивым указаниям Москвы-Центра, хотя оба знаем, что это вранье. Я все еще вынуждена придерживаться этого вымысла. Эта ложь — единственное, что стоит между мной и Сибирью».
Даже с затуманенным взглядом и слегка под хмельком товарищ Кометский был великим мастером манипуляций. Таня восхитилась бы этим, если бы это не пугало ее так сильно.
— Долг перед родиной для меня — главное.
Он кивнул, одновременно довольный и строгий.
— Тогда я приказываю тебе помешать побегу. Используй любые необходимые ресурсы. Но действуй быстро.
Уже выйдя из посольства, она поняла, что не может вернуться домой. Ключ от квартиры все еще лежал в кармане пальто, которое висело в гардеробе Лихтенштейнского дворца.
***
Конструкт рассыпался у Надиных ног. Заклятый враг, которого она преследовала весь вечер, превратился в мусор.
«Черт».
Быстрый осмотр подтвердил ее догадки. По останкам невозможно было понять, кто создал конструкт и каково его происхождение. Матерясь, Надя сбросила обломки в реку.
Она размышляла над проблемой всю дорогу до дома. После ночной погони она, по идее, должна ощущать усталость. Однако от разочарования чувствовала себя чайником на плите: если не выпустит пар, то вот-вот взорвется. К черту все это.
Час спарринга, если удастся найти партнера, или даже тренировка с грушей будут ей гораздо полезнее, чем попытки проломить эту стену лбом.
Она запихнула слегка пованивающую спортивную форму в рюкзак. Забросила его на плечо, прошла весь путь от своей хрущевки до посольского спортзала пешком вместо того, чтобы поехать на трамвае: чем больше она двигалась, тем больше позволяла подсознанию размяться, в то время как сознание перебирало схемы, вложенные в ее голову за годы подготовки. Поиски следов, осмотр улиц (нет ли там чего необычного?), внимание к тому, что видишь и слышишь, а также неописуемое шестое чувство, которое знает любой хороший разведчик, хоть и не может объяснить, — все это работает для обычных угроз. Надежда Острохина, агент Льда, отошла на второй план, и на ее месте появилась Надя, сотрудница КГБ. Обе прибыли в спортзал без происшествий. (Никто из ранних пташек, прогуливающихся по улицам, даже не попытался к ней подкатить. Ее это слегка огорчило. Надо отучить себя так сурово хмуриться, когда думаешь. Она была бы рада хорошей потасовке.)