Шаикрамов решил начать беседу издалека. В течение нескольких минут задавал он Морозу второстепенные вопросы - то интересовался его работой, то здоровьем, то неожиданно принимался что-нибудь рассказывать. Мороз приправлял ответы фразами: «Кому это нужно» или «Какой-то сплошной миф», однако отвечал с охотой и с присущим для него остроумием.

Это не совсем обычное словесное сражение продолжалось минут тридцать. Шаикрамов, по причинам, понятным только одному ему, сделал вывод, что пора приступить к основному разговору, и задал свой первый, тоже, казалось бы, отвлеченный, вопрос:

- Скажи, Жан, где ты был вечером двадцать пятого августа? В эту ночь была совершена кража из магазина.

- Какой-то сплошной миф, а не вопрос, - потянулся Мороз к стакану. - Вы же знаете, что у меня в голове не электронный мозг.

- При чем здесь электронный мозг? - не понял Шанкрамов.

- Человеческий мозг, как вам должно быть известно, имеет ряд серьезных недостатков, - неторопливо стал объяснять Мороз. - Одним из таких недостатков является забывчивость, вернее несовершенство памяти. Поэтому любой индивидуум, в том числе и вы, не в состоянии помнить всего, что происходило неделю или две назад. Я уже не говорю о более длительном сроке.

«Смотри, стервец, что знает! - с завистью подумал Шаикрамов. - Наверно, ему все известно о Куни?.. Нет, Сергей не зря говорил, что мне надо больше читать. Завтра же пойду в библиотеку!»

- Значит, говоришь, что у тебя в голове не электронный мозг? Ну а если я напомню тебе, где ты был двадцать пятого августа?

- Кому это нужно?

- Мне.

- Не понимаю. Вы хотите знать то, что вам уже известно? Это же сплошной миф! Неужели вам больше нечем заняться?

- Двадцать пятого августа, - еле сдерживаясь, чтобы не нагрубить, четко произнес Лазиз, - ты ночью был на крыше магазина. Улица Космическая. Скажи, что ты там делал?

- На улице Космической? Я не знаю такую улицу… Ах, это вы имеете в виду магазин, который недавно построили около рынка?

- Правильно.

- Так бы сразу и сказали! Я действительно когда-то был на этом магазине, только не ночью, как вы изволили заметить, a вечером, часов в девять или десять. Мне кажется, я могу побыть там, где мне хочется.

Оперуполномоченный поправил:

- Ты был на магазине не когда-то, а двадцать пятого августа, понял? У нас есть свидетели!

- Понял. Я очень рад, что у вас есть свидетели, - начал раскручивать брошюру Мороз. - Благодаря их внимательности я могу восстановить в памяти один из своих чудесных дней, ушедших безвозвратно в прошлое. Скажите, когда я увижу этих людей?