— Идем ко мне, такую встречу отметить надо, — вовсе нелюбезным тоном проговорил Скороходов. — Ах да. Ты, Валя, иди в столовую, я попозже подойду.

— Как же я пойду, мне же переодеться надо, — не уловила настроения мужа Валентина.

— Иди, — прошипел он и буквально подтолкнул ее к дверям, отдыхающие тем временем уже рассосались, и подходившие сейчас к корпусу уже не обращали на Ивана и его гостей внимания.

Василий был прав. Посреди холла лежал ковер, в глубине журчал фонтан, вокруг радовали глаз мраморные колонны. Иван с Василием шли к лифтам, Павел шагал сзади, чувствуя себя пятым колесом в телеге. Останься он сейчас на террасе, они бы и не заметили, вон идут, только что за горло друг друга не хватают.

Когда Скороходов открывал дверь номера, руки его ходили ходуном, едва ключом в скважину попал. Василий же только прожигал его ледяным взглядом, да желваки у него ходили так, что смотреть страшно. «Не поубивали бы друг друга», — испугался вдруг Павел.

В номер вошли молча, Иван первым, за ним Василий, Павел вошел последним, прикрыл плотно дверь. И тут случилось то, чего он больше всего боялся. Иван вдруг кинулся на Курносова, сжав зубы, бешено сверкая глазами, в полной, от того еще более жуткой, тишине. Павел схватился за косяк, не зная, что делать. Иван был крупнее и выше Курносова, но Василий не растерялся, он дал Ивану кулаком под дых, и тот, согнувшись, повалился на кровать. Странно было смотреть, как седые, солидные люди мутузят друг друга, как мальчишки.