Все это сыплется на меня слишком быстро и слишком тяжело. У меня нет времени ощутить потрясение. Я просто тону в нем.

– Ты имеешь в виду Ланни? – Произношу ее имя – и сразу же жалею об этом, потому что Мэлвин теперь видит мою уязвимость. Мой страх. Он питается им. – У тебя ее нет.

– Ты права, ее здесь нет. Она вмешалась, когда перевозчик «Авессалома» приехал за нашим сыном. Сейчас она уже в холмах, в другом из наших… особых мест. – Он пожимает плечами. – Я сказал им извлечь из нее какую-нибудь пользу, тем или иным способом. Она не настолько высоко котируется, как могла бы, будь она моложе, но…

– Заткнись! – кричу я, и дрожь в голосе удивляет меня. Мое тело кажется мне тяжелым и холодным, словно уже готово сдаться. Я хочу, чтобы ко мне вернулась ярость. Страх слишком тяжел. Слишком сильно давит. «Ланни, моя дорогая милая девочка, где ты, что он сделал…»

Каким-то образом я умудряюсь напомнить себе, что Мэлвин Ройял – лжец. Обманщик. Манипулятор. И он знает, где находятся мои слабые места, мои уязвимости. Мои дети – это то, посредством чего он может причинить мне боль. Я должна верить, что они в безопасности. Должна.

– Ты очень плохая мать, – говорит он после тщательно отмеренной паузы. – Я намерен забрать своего сына и снова сделать его моим. Я уже заполучил твою дочь. Думай об этом, пока я готовлю всё для тебя.

Мэлвин хорошо знает, когда нанести удар и отступить. Он встает и идет к двери, и я впервые осознаю, что в этой спальне есть и другая обстановка – старый, покосившийся туалетный столик, какие-то репродукции в рамках, наполовину съеденные плесенью. Треснувшее зеркало, отражающее мир в двух своих тусклых половинках.

В этом зеркале я разорвана пополам, словно Мэлвин уже начал разделывать меня.

Я знаю, что должна освободиться. Я знаю, что должна сражаться. «Я должна сражаться».

Но когда Мэлвин уходит, всё, что я могу делать, – это лежать и трястись. Натягиваю на себя простыню, потому что мне невероятно холодно, несмотря на теплый, душный воздух. Мне нужна моя ярость.

Я гадаю, знает ли кто-то, где я. Ищет ли меня Сэм или же ему все равно и он даже не пробует этого сделать?

Может быть, именно здесь я и умру.

Но, возможно, прежде чем Мэлвин Ройял полностью уничтожит меня, я смогу своей кровью купить моим детям безопасность. Это всё, чего я могу сейчас желать.

26 Сэм

26

Сэм

Дело стоит Риварду трех сломанных пальцев, но в конце концов он соглашается позвонить на аэродром и велеть им приготовить для нас его частный самолет. Это позволяет нам миновать запутанный клубок отмененных коммерческих рейсов, однако сталкивает нас с новым препятствием: требуется время, чтобы заправить и подготовить самолет, а по прибытии на борт мы обнаруживаем, что пилота до сих пор нет. Он прибудет только через час.